Вражеские машины уже приблизились на дистанцию уверенного поражения, но огня почему-то не открывали. Теперь можно было различить и пехоту врага, но в их силуэтах тевтон увидел что-то очень и очень знакомое. Пришлось набраться терпения, и оно окупилось. Среди небольших групп пехоты чужаков в синей форме шли чернокожие. Причем аборигенов было намного больше, чем альбиносов. А еще – не было жутких неуязвимых элефантов!..

Похоже, что Брат Олдржих потерял терпение. Впрочем, и момент был больно подходящий. Что машины, что сопровождающие их солдаты приблизились на идеальную для тевтонского оружия дистанцию. Густые толпы негеров двигались впереди чужаков, перекрывая их солдатам сектор обстрела, и добросить свои копья до тевтонов просто не могли. Зато для пулеметов и автоматов тяжелой пехоты тевтонов это просто самое лучшее для поражения расстояние.

Кнехты не подвели: линия окопов словно взорвалась! В одно мгновение в сплошной стене нападающих образовались промоины, количество трупов было огромным! Не выдержав шквала огня, размалеванные фигуры подались было назад, смешав ряды чужаков, но…

Несколько мгновений – и вдруг чернокожие послушно развернулись, вновь потрясая копьями, устремились вперед, не обращая внимания на жуткие потери. Их поведение явно изменилось. Минутой раньше к каждому павшему наклонялся его сосед, проверяя, мертв тот или жив. И если напарник по атаке ранен, начинал оказывать тому помощь. Сейчас же солдаты аборигенов шли в бой словно куклы. Не обращая внимания ни на своих павших, ни на живых, бегущих с ними в одном строю. Курт сообразил, что здесь что-то не так. Аборигенов Фобоса словно гнали на убой. Некий могучий колдун, мгновенно подчинивший своей воле тысячи шрехтов. Так вот почему не было элефантов!

Мысль прямо таки обожгла. Вальдхайм торопливо включил передатчик:

– Первый, я «Левиафан-один»! Мы можем не опасаться вуку-вуку, их здесь нет!

– Ты уверен, «Левиафан-один»?

– Абсолютно!

– Хорошая весть! Значит, можно запускать големов…

Так вот почему огонь вела до сих пор только пехота! Командование боялось, что големы пропадут зря, если колдуны местных высосут из них энергию.

В следующий момент из окопов тевтонов появились стальные кубы охранных машин, в полете разворачиваясь в боевую конфигурацию. Нескольких мгновений, которые механизмы провели в воздухе, их интеллектмозгам хватило, чтобы оценить обстановку. А затем големы принялись за то, для чего были созданы.

Курт даже не поверил своим глазам. Такой бойни, такой восхитительной бойни он не видел уже очень давно! Да, около года назад они сами устроили неплохую резню чернокожих, решивших напасть на один из фортов. Но здесь было нечто! Пулеметы големов работали, напоминая машинки для уничтожения документов, превращая нападавших в такую же лапшу.

Курт ахнул, когда увидел охранную машину, ворвавшуюся в пехотное каре синих мундиров. Те, похоже, пытались сопротивляться, но бесполезно – их пули бессильно отскакивали от толстой брони, а крупный калибр големов рвал чужаков на части.

К сожалению, эта ласкающая взгляд картина продолжалась недолго. Кто-то из врагов сообразил, что ручное оружие не помогает, и влепил ракету, или гранату с кумулятивной боеголовкой, прямо в то место, где находился управляющий блок голема. Машина бессильно застыла на месте, опустив дымящиеся стволы.

Зато негерам с их копьями и сплетенными из травы щитами пришлось очень плохо. Причем настолько, что даже управляющий ими неизвестный колдун не смог удержать толпу. А может, просто уже устал физически, и те, освободившись от контроля над разумом, мгновенно превратились в вопящую от ужаса, потерявшую всякий человеческий облик толпу, ищущую спасения, и рванули куда глаза глядят…

Оставалось лишь два непредсказуемых фактора: бронетехника и авиация.