— Мне доктор запретил, — осторожно ответил я и потёр грудь, — сказал, что пока не восстановлюсь ни-ни.

— Жаль, — вздохнул Самойлов.

Продолжить он не успел, раздался цокот каблучков и к столику подошла эффектная дама. На вид лет тридцать, стройна и только мелкие и почти незаметные морщинки вокруг глаз свидетельствуют, что женщине больше лет, чем кажется. Поспешно встал и склонил голову, отметив про себя, что с Викой они очень похожи.

— Здравствуйте, я Алексей Голицын, — представился женщине, внимательно меня изучающей.

— Добрый вечер, меня зовут Евгения Михайловна, — произнесла дама и улыбнулась. — Лёша, давай обойдёмся без официальных расшаркиваний. Мы с мужем люди простые, титулов не имеем.

Пожалуй, она поопаснее Петра Ивановича, такое первое впечатление. Или это заранее спланированный спектакль?

— Как вам угодно, — ответил матери Виктории.

— Вот и договорились, — садясь за столик, сказала Евгения Михайловна. — Алексей, ты же должен понимать озабоченность родителей, когда дочь сообщает, что она в отношениях.

Молчу, спорить нет смысла. А мама Вики начинает плести кружева, как они заботятся о дочери, переживают и первому встречному её отдавать боятся. Господин Самойлов с улыбкой слушает супругу, время от времени подозрительно кидая на меня взгляды.

— У вас всё серьёзно или это спонтанное увлечение? — задаёт вопрос Евгения Михайловна.

При этом наши тарелки девственно чисты, покушать никто не предложил, хотя закуски принесены.

— Если бы ответил положительно, то соврал, но отрицать ничего не возьмусь, — осторожно ответил я.

— И как это понимать? — прищурился Пётр Иванович, у которого чуточку шрам побелел.

— Думаю, что не готов сделать предложение руки и сердца, а Виктория его не примет, если предложу ей кольцо, — отвечаю, но потом добавляю: — Обеспечить вашу дочь на сегодня не в состоянии и это понимаю. Конечно, кто-то скажет — с милым рай в шалаше. С таким утверждением согласен, при условии, что шалаш — особняк, возле которого стоит пяток дорогих авто, а бытовые проблемы таковыми не являются.

— Другими словами, ты намекаешь на то, что нам об этом следует позаботиться? — сжал кулаки господин Самойлов, а его глаза превратились в щёлочки.

— Дорогой, ты не понял, — усмехнулась Евгения Михайловна, — молодой человек говорит, что сначала желает встать на ноги. Алексей, я верно поняла?

— Да, — кивнул, а сам продолжил: — В ваших глазах, я нищий студент, живущий в общаге и за душой ничего не имеющий. И это очевидно и спорить глупо. Как сумеете доверить свою дочь? Только если убедитесь в моей надёжности и что сумею её обеспечить, но на это потребуется время.

— Сколько? — поинтересовался отец Виктории.

— Сложно сказать, — чуть пожимаю плечами. — Есть десяток идей и проектов, про которые рано говорить. В том числе и учёба не на последнем месте.

— А какое место у тебя занимает Вика? — поинтересовалась госпожа Самойлова.

— Она вне конкуренции, — спокойно ответил я и ни грамма не покривил душой.

Давно уже осознал, что никакие деньги не стоят того, чтобы предавать близкого и хорошего человека. Заработать можно всегда, а дружба теряется на раз! Да что там дружба, родственники и пары расходятся навсегда, становясь врагами. И всё ради каких-то благ? Больших сумм на счетах, машин, домов! Кто-то возразит, что так думаю из-за того, что всего достиг, гм, речь про другой мир. Так вот, это не совсем так, такие мысли возникли давно, когда наблюдал предательство и что ни к чему хорошему это не привело.