|
Причем, что удивительно, десять из них были молодыми женщинами и девицами, и только трое – студентами-мужчинами. Причем все они являлись отпрысками респектабельных и состоятельных семейств. Каким образом профессор умудрился склонить молодых людей к многочисленным убийствам, так и осталось невыясненным. О нравах «Детей Сатаны» говорили разное, но все склонялись к тому, что члены секты находились в некой зависимости от профессора ЛеРоя, в коей смешались и интеллектуальный восторг, и сексуальное подчинение, и что-то еще, ужасное и темное, о чем на ставшем сенсационным судебном процессе не распространялись.
Профессору и его подопечным предъявили обвинение в убийстве тридцати двух человек. Глава же секты сознался на суде в пятидесяти семи: оказывается, вместе с «Детьми Сатаны» он совершал путешествия в другие штаты, чтобы принести своему «Хозяину» все новые и новые человеческие жертвы. Секта «Дети Сатаны» давно стала легендарной, и, что самое ужасное, после ареста профессора у нее появилось немало подражателей и имитаторов. Некоторые из них даже совершили несколько кровавых убийств, однако были быстро пойманы. То, что представляла собой секта, ЛеРой изложил в своих книгах, ставших подлинными бестселлерами. Удивительно, но факт: за время пребывания в камере смертников он стал мультимиллионером. – Падре Гарсиа, я ждал вас! – произнес профессор, рассматривая священника. Затем обратился к адвокату: – Мне осталось жить два часа. Поэтому я хотел бы облегчить душу беседой с этим святым человеком… В его словах можно было уловить насмешку. Адвокат тактично покинул камеру, оставляя осужденного и священника наедине. – Да, я ждал вас, падре! – повторил профессор, и в его холеном лице внезапно появилось нечто звериное, а в зеленых глазах мелькнули адские огоньки. – Вы же хотите завладеть ключом к истине, ведь так? Для этого весь маскарад, я прав? Священник, который вовсе не был священником, а, как и сам ЛеРой, поклонялся врагу рода человеческого, запинаясь, пробормотал: – Мне поручено… – Я прекрасно знаю, что вам поручено, падре! – выделив голосом обращение, произнес профессор и поднялся со стула. Ростом он был под два метра. И в былые времена Жан Морис ЛеРой уделял большое внимание своему телу, а попав в тюрьму, стал подлинным фанатом спорта. – Кстати, а что стало с настоящим падре Гарсиа? – спросил профессор, подходя к посетителю. Тот замялся. Осужденный жестоко улыбнулся, показав идеальные белые зубы, сейчас почему-то напомнившие звериные клыки. И притворно вздохнул: – Понимаю. Бедный падре… Упокой Господь его грешную душу! Псевдосвященник в беспокойстве обернулся, бросив взгляд на дверь. – Не волнуйтесь, нас не подслушивают, – качнул головой профессор. – Думают, что я решил исповедоваться! Поэтому директор, этот идиот, и разрешил, чтобы меня посетил католический священник. – Вы должны сказать! – прошептал посетитель, на что профессор возразил: – Я ничего никому не должен! Ничего и никому! Кроме него, Хозяина. Но меньше чем через два часа я встречусь с ним лицом к лицу, и, думаю, он окажет мне радушный прием. ЛеРой уселся на стул, снова взял в руки газету и сделал вид, что погрузился в изучение последних новостей. Священник опустился на другой стул и вкрадчиво спросил: – Неужели вы, профессор, в самом деле видели… видели Хозяина? – В моих бестселлерах я более чем подробно описал мои встречи с ним! – ответил осужденный из-за газеты. Священник продолжал настаивать: – Я не верю, что вы уйдете из мира, так и не открыв тайну того… того, как вам удалось… Вы видели Хозяина, вы смогли коммуницировать с ним! Более того, вы приняли его причастие и стали его сыном! – Этого в моих бестселлерах не было, – произнес профессор, отбрасывая газету. |
