— Не надо! Я всё скажу! — закричал он с расширившимися от ужаса глазами. — А-а-а-а!

— Кто отдал вам приказ напасть на меня? Какая была задача? Кому вы служите?

— Мы… кх-х-х-х… — Из горла хлынул настоящий поток тёмной крови, я едва успел уклониться.

Посмотрев в покрасневшие от лопнувших сосудов глаза, я тяжело вздохнул. Какая-то магическая клятва, подобными вещами любили баловаться аристократы или спецслужбы. Внимание и тех, и других мне было ни к чему, но уже поздновато спохватываться. С другими пленными происходило то же самое — умирали ещё до первого вопроса. В итоге вся бойня закончилась грудой чужих тел.

На берегу собрались мои охранники. Многие из них были ранены, свежие повязки потемнели от крови. Почти все держали трофейные автоматы. Спрыгнув на песок, обратился к поймавшему сразу три пули Роману:

— С ума сошли? Немедленно оказать помощь раненым! Почему они не в медпункте?

— Мы пока на стимуляторах, продержимся час. — Он с трудом сохранял нейтральное выражение лица, бледность с выступившей испариной выдавала терзавшую его боль. А ещё он должен быть голоден, как собака. — В лесу замечено движение.

Посмотрев в указанную сторону, снова вздохнул. Точно, отряд прикрытия глушилки. У меня осталась где-то треть от колонии нанороботов, должно хватить.

— Справлюсь сам. Раненых в койки, остальным занять оборону. — Перед тем как отправиться на новую битву, вытащил из кармана убитого энергетический батончик, кинув его главе своей гвардии. — Поешь, иначе упадёшь в голодный обморок.

— Можно мне с вами⁈ — Это уже второй боец на полностью механических ногах. Его оставили охранять тыл, и теперь он рвался в бой. — Я отвлеку их на себя.

— Там лес. Врежешься головой в дерево — никакой шлем не поможет. Всё, отставить разговоры, выполнять! Приоритет на охрану Виктории и Виктора. — Почему-то только сейчас пришло в голову, насколько у них похожие имена. Верь я в судьбу, предположил бы её наличие, а так счёл забавным совпадением.

Второй отряд был небольшим, всего десяток человек. Благодаря модулю улучшения зрения я шёл в полной темноте, спокойно подойдя почти в упор. Этим не дали приборы ночного видения, очередная закончившаяся фатально экономия.

Командир с истеричными нотками пытался вызвать кого-то по рации. Отсутствие ответов и нарастающая паника заставляли солдат нервничать, терять бдительность, совершать ошибки.

Бросил камень в ствол дерева напротив, кто-то выпустил в ту сторону очередь, остальные сразу присоединились. Прежде чем они догадались обернуться, я успел зарезать троих, в последний момент спрятавшись в укрытии.

Щадить их смысла не было, брать в плен тоже — пустил в ход гранаты. Повышенная сила позволяла кидать их на большое расстояние, доставая всех. За последней парочкой пришлось побегать — они бросили оружие, улепётывая в глубину леса, навстречу голодным волкам. С трудом поборов искушение оставить всё как есть (а вдруг выберутся), настиг их после долгой погони, подбив молниями.

— Подожди! Не надо! — закричал последний выживший, выставляя открытую ладонь. — Пощади!

— Ага, как же, нашёл идиота. Будто я не вижу, что ты прячешь во второй руке гранату. — Не успел он дёрнуться, как я пристрелил его, с удовольствием выкинув резко потяжелевший автомат. Сил оставалось всё меньше. — Фух, лень куда-то идти. Махнуть, что ли, оболочку, чтобы сразу на базу.

— Напоминаю, что ты находишься в родном теле. — За иронией Андрей тщательно скрывал тревогу. — Придётся подвигать ногами.

— Точно… а я и забыл… — Поборов навалившуюся апатию, развернулся в обратную сторону. — Поставь музычку пободрее.

Обратный путь вышел сложным. Накачанный химикатами организм пошёл вразнос, то накатывала тяжелейшая усталость, то, наоборот, возникала подозрительная лёгкость.