Девушка ойкнула, дернулась.

Далее все было как в тумане. Но я откуда-то знал, как действовать в этой ситуации, хотя уверен, повторить подобное уже не смог бы. Да, возможно я допускал ошибки. Но последствия моего промедления могли быть куда хуже.

— Ф-фу! Какая-то дрянь, — бормотал я, чувствуя какое-то мерзкое шевеление под кожей.

Я обработал пальцы, сунул под кожу, с трудом ухватил какой-то скользкий податливый шарик размером с куриное яйцо и аккуратно вытянул его наружу. Он был беловатого цвета, покрытый кровавыми разводами.

Куда его деть? Ай, на хрен.

Бросил его на пол. Шарик практически сразу лопнул и из него высыпалась масса мелких амебообразных шариков.

Они принялись разбегаться в стороны, но не прошло и нескольких секунд, как все они начали интенсивно чернеть. Менее чем через минуту все они подохли. Видимо, внешняя среда была для них губительна. Шарик определенно должен был лопнуть внутри человеческого тела…

Я постарался качественно обработать рану антисептиком, аккуратно соединил края разреза медицинскими степлером, залил регенерирующим биоклеем, а сверху наложил повязку. Использовать нанитов для такой пустяковой раны я не стал, сверх эффективный медпак может понадобиться для другого, куда более серьезного ранения.

— Ф-фух! — облегченно выдохнул я, опустившись на задницу. — Все, закончил.

Посидел так несколько секунд, поднялся.

Анна была без сознания.

— Хорошо. Только, что с ней теперь делать? — в голову полезли разные мысли, но я решительно отмахнулся от них. Совсем не до этого.

Выбросил использованные материалы в мусорный контейнер, а остальное убрал обратно в медпак. Затем подумал и расстегнул ее комбинезон до конца, стянул его полностью.

Девушка лежала прямо передо мной почти обнаженная, только в одних черных трусиках. Не позволил себе рассматривать ее, переключился на другую проблему.

Отошел в сторону, обыскал все имеющиеся в комнатке шкафы.

Выудил из одного плед, подушку. Насчет чистоты я, конечно, усомнился, но это лучше чем ничего. Впрочем, все выглядело неплохо, без посторонних запахов.

Укрыл ее, положил под голову подушку.

А после оставил.

Пусть отдыхает. Еще неизвестно, не нанесло ли вырезанное мной дерьмо какой-то вред ее организму?

Я неторопливо вернулся обратно в основное помещение, сел на кресло оператора и задумался.

Что теперь делать?

Я вновь остался один. Почти. Девушка не в счет — вряд ли из нее получится серьезный боец. Да и черт бы с этим. Ни оружие, ни броня не помогут против такого сильного противника.

— Интересно, много ли таких тварей на спутнике? — пробормотал я, упершись ладонями в стол. Постучал по крышке стола.

Выдохнул.

А что если попытаться понять, чем именно они тут занимались? Что, черт возьми, произошло? Нужно разобраться, причем подробно. Должно же быть хоть что-то?

Я опытный специалист по вооружению. Я умею программировать, взламывать и модифицировать искусственный интеллект, боевые интерфейсы и модули управления. Это центр всей колонии на Каллипсо. Наверняка, где-то здесь на жестких дисках компьютеров хранится вся информация об инциденте. Должна быть. А если она закрыта, то взломаю.

Отчаиваться нельзя.

Да, сейчас я безоружен. Да, мы сломлены.

Но орбите Каллипсо висит крейсер «Фауст». Полковник Тангер должен, а может и уже подал сигнал на Землю, что на спутнике красный код. В ста с лишним километрах подполковник Лемер с десантниками.

Нет, я не один!

Каждый житель Федерации знал, что красный код «угроза вторжения» — высший уровень опасности.