— Все, все. Давай, сюда. Руку. Внутрь. Давай, лезь.

— Сейчас. А-ах, больно. Черт, тяжело. Все.

Дальше все происходило настолько быстро, что не прошло и десяти секунд, как мы оба протиснувшись через приоткрытый шлюз, оказались внутри. Сначала рухнула она, затем и я.

— Это было… Жестко! — выдохнул я, откинув забрало.

Почти сразу же пожалел об этом.

Воняло просто ужасно. Несмотря на то, что температура окружающей среды была немногим выше нуля градусов, все равно шли какие-то процессы брожения.

Я скривился, закашлялся и вновь опустил забрало.

— Что такое? — тихо спросила Энн, переворачиваясь на спину.

Я объяснил.

— Смотри, там кажется, еще один шлюз, — заметила она, указав рукой направление.

Так получилось, что станция рухнула на бок, поэтому мы лежали не на полу, а на стене, под небольшим углом. Добраться до шлюза было, в общем-то, несложно, но очень неудобно. К тому же, оказалось, что фонарь Энн вышел из строя, а мой просто облепило грязью. Оставшийся снаружи «Шмель» давал немного света, поэтому кое-как мы справились и с этой задачей.

Наконец-то, ползком, оба перебрались в соседнее помещение и опустили дверь.

Здесь было сухо, но абсолютно темно.

Так и остались лежать, прямо на стене.

Не знаю, сколько прошло времени, но я вдруг вспомнил, что Гидра проткнула когтем костюм Энн, повредив ногу.

— Поднимайся, — я перевернул ее на спину. — Как нога?

Она не ответила.

— Вот дерьмо! Черт! — заматерился я, осознав, какую ошибку допустил. Нужно было сразу обработать рану. Вдруг, внутрь попала какая-то сильная инфекция, или еще хуже — какой-нибудь паразит?

Кое-как очистил от грязи фонарь. С трудом нащупал застежку, резким движением стянул ботинок. Вся внутренняя поверхность была в крови. Осмотрел рану. С медициной я был знаком очень плохо, но то, что я увидел, мне не понравилось.

Острый коготь распорол мягкие ткани на голени, глубоко вошел в мясо. Крови было не много, но края раны уже опухли и потемнели. Это был плохой признак.

— Млять, бабуины долбанные! — я снял перчатки, полез в ранец, выхватил медпак.

Привычным движением разложил его.

А дальше что?

Анна простонала. Тело сковал озноб.

Ситуация патовая. Лежим внутри развалин орбитальной станции, вокруг болото, жуткие твари. Почти нет света. Девушка ранена, характер повреждения до конца не ясен. И я, человек, который понятия не имеет, как использовать медпак по прямому назначению.

— Ай, ладно! — я выудил контейнер с нанитами, затем упаковку с желтоватой жидкостью. Высыпал все остальное.

Нервы ни к черту.

Увидел инструкцию. Читать времени не было. По картинке догадался, что нанитов нужно активировать и поместить в рану. Затем залить все жидкостью. И ждать. Когда наниты закончат процесс лечения и восстановления, их нужно деактивировать. Вроде бы просто. Но одновременно я вспомнил, с какой внимательностью подходил к работе сержант Ферт. Вряд ли здесь все так просто.

Дрожащими руками начал пошагово, а затем так увлекся, что и сам не заметил, как уже все закончилось.

— Все-е, — я откинулся спиной на стену, поднял голову вверх. Опустил, посмотрел на девушку.

Анна лежала без сознания.

Поначалу я заволновался, но проверив пульс, понял, что все в норме. Медпак второго уровня лечил раны куда хуже. Другое дело возможная инфекция… Здесь у меня не было уверенности.

От перенапряжения, обстановки и плохого освещения, я прикрыл глаза, задумался и заснул.