— Да, получил. Но с книгой нет никакой записки, поэтому я не знаю, кого мне следует благодарить. Вы можете сообщить мне эту информацию?

Последовала небольшая пауза.

— Вы сказали, вас зовут Александр Хоффман?

— Совершенно верно.

На этот раз пауза была дольше, и, когда девушка заговорила снова, в ее голосе послышалось смущение.

— Вы сами купили эту книгу, доктор.

Александр прикрыл глаза. Когда он снова их открыл, ему показалось, что все в его кабинете слегка сместилось.

— Это невозможно, — сказал он. — Я ее не покупал. Должно быть, кто-то назвался моим именем.

— Но вы сами за нее заплатили. Вы уверены, что ничего не забыли?

— Как я за нее заплатил?

— Вы перевели деньги из банка.

— Сколько?

— Десять тысяч евро.

Свободной рукой Хоффман ухватился за край стола.

— Подождите минутку. Как такое могло произойти? Кто-то зашел в ваш магазин и сказал, что его зовут Александр Хоффман?

— Магазина нет. Уже пять лет. Мы рассылаем книги по почте. Остался только склад, который находится в пригороде Роттердама.

— Но тогда кто-то должен был разговаривать со мной по телефону?

— Нет, теперь мы очень редко говорим с клиентами по телефону. Мы получаем заказы по электронной почте.

Хоффман зажал трубку между подбородком и плечом, запустил свою электронную почту и начал просматривать сообщения.

— И когда я отправил вам заказ?

— Третьего мая.

— Что ж, я смотрю на отправленные мной в этот день письма и могу вас заверить, что среди них нет такого сообщения. Какой там стоит адрес?

— А. Хоффман «Хоффман инвестмент текнолоджиз.ком».

— Да, адрес мой. Но я не вижу, чтобы я отправлял письмо в ваш магазин.

— Быть может, вы послали его с другого компьютера?

— Нет, я уверен, что не делал этого.

Но как только Александр произнес последние слова, он почувствовал, как его покидает уверенность, наваливается слабость и паника, словно у его ног разверзлась пропасть. Рентгенолог упомянула, что слабоумие может быть возможным следствием белых точек, обнаруженных при сканировании его мозга. Возможно, он послал сообщение с мобильного телефона или ноутбука, или с компьютера, стоящего дома, а потом начисто об этом забыл — но даже если так случилось, должны были остаться какие-то следы?

— Что именно написано в моем письме? Вы можете его прочитать?

— Никакого послания не было. Процесс автоматизирован. Клиент щелкает по названию в нашем онлайновом каталоге и заполняет специальную форму — фамилия, адрес, способ платежа… — Должно быть, она заметила неуверенность в его голосе и заговорила осторожнее. — Надеюсь, вы не собираетесь аннулировать заказ?

— Нет, я просто хочу разобраться. Вы говорите, что деньги пришли через банк. С какого счета вы их получили?

— Эту информацию я не имею права раскрывать.

Хоффман собрал все оставшиеся силы.

— Послушайте меня. Очевидно, я стал жертвой серьезного мошенничества. Речь идет о краже личности. И я наверняка аннулирую заказ и передам дело в руки полиции и моих адвокатов, если вы не сообщите мне номер счета прямо сейчас, чтобы я мог выяснить, что происходит.

Женщина довольно долго молчала.

— Я не имею права раскрывать подобную информацию по телефону, — холодно заговорила она, — но могу отправить ее по электронному адресу, с которого пришел заказ. Более того, немедленно.