Алексей Аржанов, Михаил Майоров. Индийский лекарь. Том 2
Глава 1
Мой коллега по дежурству Айчара во время разговора с приемным отделением посмотрел на меня. Он знал мою фамилию и, судя по всему, предположил, что мы родственники. — Да, сейчас один из нас спустится, — ответил терапевт и сбросил трубку. — Я могу спуститься… — В этом нет необходимости, — перебил я коллегу. — Я сам разберусь с этим пациентом. — Как знаешь, — легко согласился он. — Тогда я останусь здесь. Мало ли, кому-то плохо станет. Выйдя из кабинета, я сел в лифт и спустился на первый этаж. — Я всегда тебе готова помочь, не забывай об этом, — прошипело предложение от Шеши в голове. — Только если в этом возникнет острая необходимость, — отозвался я. — Думаю, что за жизнь своего родственника я и сам могу побороться. В этом деле я не мог на кого-то рассчитывать. Если с моим родственником что-то случится, то простить это самому себе у меня не выйдет. Поэтому всю ответственность за лечение я должен был взять на себя. Пройдясь по длинному коридору, я добрался до дверей приёмного отделения. — Здравствуйте, вы терапевт со стационара? — поспешно обратился ко мне фельдшер, находившийся на дежурстве. — Пациенту резко плохо стало на приёме. Я ему помог лечь на кушетку, а он сразу же сознание потерял. Даже толком понять ничего не успел. — Значит, вы не успели его осмотреть? — строго спросил я. — Больной дошел до кабинета приемного отделения своим ходом? — К сожалению, не успел, — фельдшер виновато отвёл глаза в сторону. — Ему резко плохо стало. Пришлось ему предложить лечь на кушетку, а то ещё бы упал со стула. А пришёл он на приём самостоятельно. Без помощи скорой помощи. На кушетке лежал пациент в предельно тяжелом состоянии. Он был без сознания, кожа мраморного оттенка, вся покрыта мелкими каплями пота, на губах розовая пена. Я быстро подошел ближе к кушетке и кинул быстрый взгляд на лицо мужчины. Внешне мы с ним не похожи. Но при этом от него исходит аура родственной близости. Кем он был — узнать у меня не было возможности. Каждая секунда была на счету. Чаша весов постепенно склонялась не в сторону жизни пациента. Фельдшер инициативно решил выступить моим ассистентом. Подойдя ближе к кушетке, он расстегнул пуговицы на рубашке пациента. Обеспечив свободный доступ к грудной клетке, фельдшер закатал рукава до уровня локтя. Теперь была возможность быстро осуществить внутривенное введение лекарственного препарата. — Вы уже связались с отделением реанимации? — глянув на настенные часы, поспешно спросил я. — Да, сразу же после звонка в стационар, –ответил фельдшер. — Сказали, что скоро будут. Оказание первой помощи легло на наши плечи. Нужно было обеспечить проходимость дыхательных путей. — Аппарат искусственной вентиляции лёгких есть в кабинете? — следующий вопрос. — Есть, но, к сожалению, не успели починить, — с досадой ответил фельдшер. — Он не так давно сломался. — Тогда сделаем интубацию трахеи, — быстро подытожил я. — Надеюсь, что хотя бы это в наличии имеется. Нужно обеспечить приток кислорода. — Да, сейчас всё подготовлю, — он бросился выполнять распоряжение. В скором времени мы смогли добиться проходимости дыхательных путей. На протяжении всей процедуры я использовал энергию из своих чакр, несмотря на всевозможные риски. Шеша предлагала свою помощь, но я отказался. Довериться ей в этом деле, увы, я не мог. Слишком уж дорого могла обойтись ошибка. Наконец, самое худшее оказалось уже позади. Пациент дышал за счёт моей поддержки. Бригада из реанимационного отделения до сих пор не подошла, хотя уже прошло пять минут. |
