Раскрытая книга – по истории, наверное. В последнее время инженер увлекся историей средневековья, и запоем читал множество книг, посвященных этой теме, от серьезных ученых исследований до литературы, повествующей о приключениях людей в том времени. Рядом с книгой – полупустая кружка с остывшим, невкусным чаем. Вениамин Андреевич терпеть не мог холодный чай! Стас бросился к столу, схватил кружку, сбегал на кухню за кипятком, заварил ароматный напиток заново, тщательно отмеряя количество крупных чайных листочков, и добавив для аромата сушеный стебелек мяты. Поставил исходящую ароматным паром кружку на стол…

…и сполз на пол, содрогаясь в рыданиях. Этот чай уже не был никому нужен…

Более или менее пришел в себя Стас только к вечеру. Несколько часов лежал на кровати, закинув руки за голову, и молча смотрел в потолок. Вениамин Андреевич не одобрил бы, если б его воспитанник забросил универ и погрузился в жалость к самому себе, мысли о том, как же он теперь несчастен и одинок. И юноша заставил себя собраться с силами, включил ноутбук, зашел в интерсеть…

Спать он лег только под утро, когда глаза слипались, пальцы не попадали по клавиатуре, а мозг попросту был неспособен воспринимать информацию… Утром встал по будильнику, чувствуя, что краткий сон не принес отдыха.

День прошел в хлопотах – позавчера Ветровский ничего не сдал из-за не вовремя севшего ноутбука, вчера его просто не было на занятиях. После окончания пар – репетиция в актовом зале. Потом на работу, где пришлось объяснять, почему он не принес готовый макет вчера. После работы измученный и уставший до предела Стас отправился домой – и снова не смог заснуть: стоило закрыть глаза, и перед взглядом вставало мертвое лицо и блестящие в свете фонаря, мокрые от дождя и крови стальные перья.

Неделя до благотворительного вечера пролетела незаметно. Юноша спал по пять-шесть часов через ночь, сделал для мероприятия все, что только мог, сдал все "хвосты" по учебе и снова вышел на уровень лучшего студента-первокурсника на факультете психологии – разумеется, деля это самое первое место с Черкановым.

Двое суток непосредственно перед вечером и вовсе пронеслись, как один миг. Ни секунды без дела, ни мгновения на то, чтобы задуматься о произошедшем.

Наконец наступила пятница. Сидя на второй паре, обществознании, Стас усердно конспектировал лекцию преподавателя, одновременно с тем прокручивая в мыслях все детали вечернего представления. Афиши расклеены, билеты можно купить у любого из их компании – у самого Ветровского уже приобрели штук десять или чуть больше. Однако Стас не тешил себя ложными надеждами. Пятнадцать евро – сумма достаточно смешная, чтобы почти каждый мог себе это позволить, и шли студенты на благотворительный вечер отнюдь не из сочувствия к приютским детям, которым должны были пойти все вырученные деньги. Им просто было любопытно – а что это такое? Да и программа была достаточно интересна – фокусы, фехтование, танцы…

В перерыве между третьей и четвертой, последней, парой, Ветровский не пошел в столовую – он вообще почти не ел последнюю неделю. Только дома ужинал, да и то не каждый день. Зато в огромном количестве потреблял кофе и крепко заваренный чай, и без конца курил – в день уходило не меньше двух пачек.

Устроившись на любимом широком подоконнике напротив входа в аудиторию, где должна была проходить последняя пара, Стас вытащил из сумки блокнот и карандаш. Вырвал листок, положил его на крышку ноутбука и скупыми, отрывистыми линиями в который уже раз попытался нарисовать крылатого убийцу. Он видел его во сне каждый раз, когда хоть на несколько минут забывался и терял контроль над своим сознанием.