Изменить размер шрифта - +
В первых тестовых заданиях, проведенных до посещения лагеря, все участники сделали в среднем по 14 ошибок. Но после отдыха от гаджетов среди участников эксперимента этот показатель упал до 9. Исследователи пришли к выводу, что дефицит реального общения провоцирует утрату необходимых социальных навыков, потому что невозможно научиться невербальной коммуникации с экрана19.

Малыши, окруженные роботами, очень напоминают маугли, причем не сказочного героя Редьярда Киплинга, а реальных детей, в раннем возрасте оторванных от людей и выросших среди животных. Как показывает печальная статистика, если первые годы жизни человек провел вне контакта с себе подобными, то шансов обрести навыки социального поведения у него практически нет. Человеческая среда представляется ему чуждой и даже враждебной. Он не способен научиться говорить и взаимодействовать с людьми. Судьба таких детей оказывается трагической. Ни один из них, вернувшись в человеческое общество, не смог адаптироваться. Не понимая, как существовать среди людей, большинство детей-маугли погибли, не дожив и до 20 лет.

 

Впрочем, и взрослые недалеко ушли от детей. Мы не выпускаем из рук телефон, при нас всегда айпад или ноутбук. Даже если удалось встретиться с родными или друзьями, половину вечера мы проводим с устройством в руках. В интернете достаточно фотографий, на которых компания друзей или влюбленная парочка изображены в момент, когда каждый не отрывает глаз от своего айфона. Нам кажется, что так, разрываясь между реальным и виртуальным миром, мы не теряем времени даром, а заполняем его информацией. И не важно, что 99% этой информации никогда не будет использовано, — главное, мы контролируем оба фронта, а значит, чрезвычайно эффективны.

А быть эффективными для нас — жизненная необходимость.

Во-первых, потому что цифровые технологии сыграли с нами злую шутку: ускорили наше ощущение времени. Вы заметили, что теперь в единицу времени необходимо делать гораздо больше, чем еще несколько лет назад? Конечно, люди не стали быстрее ходить, дышать, думать, не научились перемещаться в пространстве со скоростью мысли. Но, несмотря на это, появилось устойчивое ощущение ускорения. И причина перемены нашего отношения ко времени и окружающему миру — в глобальном изменении информационной среды. Ведь единственный действительно трансформировавшийся фактор, ставший драйвером других явлений, — скорость создания, передачи и получения информации. Доли секунды, необходимые, чтобы найти в интернете или доставить до адресата информацию по электронной почте, создали иллюзию, будто любую интеллектуальную работу теперь можно выполнить значительно быстрее, чем раньше. Технологические возможности взаимодействия с другими людьми оказались выше наших физических возможностей, поэтому проблема выбора приоритетов становится актуальнее с каждым днем.

Возможно, вы читали разошедшееся по социальным сетям письмо «Маленький урок на будущее» Линдса Реддинга, 30 лет проработавшего в новозеландских агентствах BBDO и Saatchi & Saatchi и скончавшегося от рака. Свое откровение он разместил в блоге незадолго до ухода из жизни.

«Много лет назад, когда я только начинал работать в рекламе, у нас был такой прием: “Ночная проверка”. В течение всего дня я и мой напарник на листах А4 записывали все идеи, которые только приходили нам в голову на тему рабочих проектов… На следующий день мы приходили на работу и свежим взглядом оценивали результаты нашего вчерашнего труда. Как правило, треть идей отсеивалась сразу. Поразительно, как идеи, казавши­еся на момент их рождения уморительно смешными или поистине выдающимися, меркнут при отрезвляющем утреннем свете. …Настали 90-е, которые перевернули индустрию рекламы и не только. Появились новые инструменты, бесконечные возможности и неотложные дедлайны.

С появлением цифровых технологий наша работа значительно ускорилась.

Быстрый переход