Окурок замолчал. Ещё одна маленькая плотина рухнула. Алакан. Новый наркотик. За ним посыпались очень подробные воспоминания в этой области. Точнее ворох информации. Героин, кокаин, ЛСД — он знал не только названия…, он работал когда-то с этими наркотиками! Не просто работал, он пытался создать нечто новое, работая с известными препаратами и с помощью даров Зоны тоже…, но не в самой Зоне.

— Кто же я? Может, учёный какой-нибудь? — Окурок получил новую порцию данных о себе и своих прежних занятиях. И он совершенно не представлял, что со всем этим делать! Как будто и так проблем мало…

Почти стихшие выстрелы, загрохотали с новой силой. Послышались сдавленные стоны и матерные крики. Звуки шли точно справа от Свалки. Чуть в сторону от станции.

— Простите меня мисс…, или сэр. — Сказал сталкер псевдоплоти, на время решив выкинуть вон все странные мысли и воспоминания. Потом разберётся. Или не станет.

Шаг, высокий прыжок и он очутился на округлой спине твари. Несчастная Свинка завизжала и не удержавшись на тонких ножках, рухнула. Что интересно, пасть она так и не закрыла: по рассеянности видимо.

Окурок припустил со всех ног, не забывая поглядывать по сторонам. Впрочем, не слишком внимательно — следовало поторапливаться. За то стиль бега сильно изменился. Теперь он нёсся в стремительном рывке практически не таясь, но с такой скоростью, что издалека его приняли бы скорее за химеру, чем за человека. Он уже был в двадцати метрах от огромной кучи мусора, когда заметил движение слева, на кладбище машин. Резко сменив направление, он побежал направо. Выстрелы доносились оттуда, из-за полосы асфальта. Там начинался редкий лес. И там в глубине него и чуть впереди, стреляли.

— Так. — Прошептал он, притаившись среди группы близко растущих деревьев. — Что-то я не совсем понимаю. Долг окопался вон там, в куче бетонных блоков…, но стреляют на территории Нищего… Если торговец ничего не напутал.

Теперь он медленно шёл, прячась за деревьями где это было возможно. Запахи и зрение говорили, что за бетонками, там где дорога резко сворачивала, отсекая лес от многочисленных куч мусора, никого нет. А должно быть не меньше десяти матёрых бойцов. Зато в сторону от завала из блоков, в лесу рядом с дорогой, людей не меньше пятнадцати голов и не все из них живы. Бой шёл на площади в несколько десятков квадратных метров. Он чуял и слышал стрельбу, передвижения людей, но пока никого не видел.

До места схватки, оставалось пройти всего тридцать-сорок метров, когда шальная пуля срезала ветки аккурат над ухом. Сталкер пригнулся и замер, снимая винтовку с плеча.

— Рут, Кут. — Он снял худой рюкзак и положил его наземь. Прежде вытащив запасную обойму и переложив её в карман плаща. — Охранять. Здесь. Охранять.

Псы заворчав улеглись рядом с рюкзаком. Им эта идея не нравилась, но ослушаться они не посмели. Окурок начал осторожно пробираться по лесу. Довольно скоро над головой просвистела ещё одна пуля. И почти сразу он наткнулся на труп. Судя по виду, обыкновенный сталкер. Лицо перекошено, грудь разворотило очередью. Рёбра торчали наружу, крови на маленькое озерцо: явно не калаш. Учитывая инструкции торговца, парень явно напоролся на пули долговца. У них всегда было хорошее оружие. Падлы! Почему-то, Окурок ощутил устойчивую ненависть к Долгу.