Изменить размер шрифта - +

— Когда она возвращается?

— Не знаю, — задумчиво произнес он. — У нас произошла небольшая размолвка.

— Думаю, мне пора. — Нив поднялась с кресла. — И хотя мы прекрасно провели время, мне не стоило приходить сюда…

— Отчего же вам не прийти? Это мой дом. А потом, мы ведь всего лишь разговаривали… Посидите со мной еще немного.

Нив снова опустилась в кресло. Ее вдруг охватило смущение. А если бы не только разговаривали?..

Их взгляды встретились. Нив поняла, что его тоже посетила подобная мысль.

Нет, не мысль, а желание…

Надо бежать из этой чудесной, уютной комнаты, здесь опасно оставаться…

— Я чувствую себя незваным гостем, как будто я… — Она покачала головой.

— Вторглись на чужую территорию? — тихо подсказал он.

— Но вы завели разговор о Молли, — сказала Нивх защищаясь. — И, кстати, вы не хотели, чтобы наши пути снова пересеклись…

— А вы сделали все, чтобы они пересеклись… Нет, нет, — Роб вытянул вперед руку успокаивающим жестом, — я вас не обвиняю в том, что случилось. Но вы могли бы предупредить меня.

— Знали бы вы, сколько раз я хваталась за телефонную трубку, — сказала она с сердцем. — Но всякий раз бросала ее: почему-то была уверена, что вы не придете и вообще все, что происходит между нами, несерьезно и не стоит из-за этого беспокоиться. И… я пойду, — сказала она охрипшим от волнения голосом.

— Одна? Вы думаете, что я отпущу вас одну так поздно? Джефф…

— Нет, пожалуйста. — Она не дала ему закончить. — Я возьму такси. — И, не успел он опомниться, выскочила из комнаты.

В субботу квартира Нив просто сверкала чистотой, домашние дела были переделаны, ногти ухожены, волосы вымыты и блестели, одежда приведена в порядок.

На улице было холодно и сыро. Она глянула в окно на сгущающиеся сумерки, и ее охватило острое чувство одиночества. Как же получилось, что ее размеренная жизнь вдруг дала сбой? Стоило появиться Робу, и вот в ее душе уже нет ни покоя, ни удовлетворения, ни радости от работы. Зато появились смятение и странные желания. Хотя зачем лукавить с собой? Желание одно и вполне конкретное…

Но ведь он не свободен, напомнила она себе. И в инвалидной коляске. И с ужасным характером. И ведет себя так, как ему заблагорассудится. Может быть абсолютно невыносимым, а порой вдруг обезоруживающе мягким. Вот он всего лишь посидел и поговорил с ней о том, о сем, а она…

Что она? Да ничего! Она счастлива, просто счастлива, хотя и несколько необычно… как-то духовно счастлива… Ну конечно, ведь не было, никакого физического напряжения. Нив горько улыбнулась, вспомнив свои весьма «физические» ощущения в тот вечер.

Она тряхнула головой. Не стоит об этом думать, надо работать.

В комнате становилось прохладно, она включила кондиционер. И, решив расслабиться, налила себе бокал сухого белого вина.

Затем включила компьютер — надо же отработать вечеринку…

Неожиданно в дверь позвонили. Нив удивилась, но пошла посмотреть, решив не снимать дверной цепочки. Кто бы это мог быть?

— Вот это правильно, раз вы одна в доме, — сказал Роб Стоу. — Разумеется, мы с вами не договаривались, но я подумал, если уж «Квинсленд» выиграл, а вы за него болеете, то почему бы мне не угостить вас обедом? И вот, принес его с собой.

Нив ошалело моргала.

— Вы же не собираетесь держать меня на пороге, Нив? — жалобно произнес он.

Она отстегнула цепочку, чтобы впустить гостя в дом.

Быстрый переход