Но ты же знал, что у тебя талант.

Так они все тоже так думают! Откуда тебе знать, что ты — единственный и неповторимый? Такого не знаешь наверняка… это выстрел в темноте. Принимаешь это или становишься обычным цивилизованным человеком с восьми до пяти. Женишься, заводишь детей, семейное Рождество: «А вот и бабушка! Здравствуй, бабуля… заходи, ну ты как там?» Знаешь, блядь, я такого не выносил, я б себя лучше прикончил! Наверно, у меня это в крови, того, что вокруг, я терпеть не мог — всей этой жизненной тягомотины. Не переваривал семейной жизни, не переваривал жизни на работе, я вообще ничего не переваривал, на что ни посмотришь. Я решил, что лучше стану голодать, но добьюсь своего, сойду с ума, прорвусь или сделаю что-нибудь. Если б даже у меня с писаниной не получилось, я все равно не смог бы с восьми до пяти. Я б на себя руки наложил. Прошу прощения, но улиточьего шага я принять не мог: Джанни Карсон, С Днем Рожденья, Рождество, Новый Год. Для меня это самая мерзкая мерзость. Поэтому я положился на удачу, выстоял, кто-то где-то взял у меня стихотворение или рассказ. А теперь я вот посиживаю, винцо попиваю и говорю о себе, потому что вы, ребята, задаете мне вопросы, — а вовсе не потому, что я вам отвечаю, да?

Ладно

Туз Накосяк

Чарльз Буковски: Величайший ебила на свете. 1987

«Charles Bukowski: The World’s Greatest Fucker», Ace Backwords, Twisted Image, January 29, 1987, p. 1.

Ну, как поживаете? (У, отличное начало, а?)

Примерно так же. Ставлю на лошадок, возвращаюсь вечером, открываю бутылку вина и печатаю. Не каждый вечер печатаю, где-то через два на 3-й. И никогда не печатаю, если не хочется.

Новой книгой довольны?

Мне кажется, новая книга на уровне остальных. Мне кажется, она держится вполне остойчиво, сюжетное наполнение меняется (иногда), ну и, в общем, все.

А со здоровьем как?

Я за свою жизнь выпил и пью до сих пор столько, что должен быть покойником. Пару лет назад я даже весь проверился. Док ничего плохого не нашел. Печень нормальная и так далее… Я рассказал ему, как живу, а он только и ответил: «Я не понимаю». Так что мне СИЛЬНО ПОВЕЗЛО, знаете ли. Хотя желания жить долго у меня нет. 80 лет достаточно. Осталось еще 14. И, как любой человек, я бы предпочел избежать долгой изматывающей болезни.

Сейчас вы что пьете?

Божоле «Миррассу 1984 Гамэ».

Вы говорите: «Дурдомы, трущобы и кладбища забиты такими, как я». Что, по-вашему, уберегло вас от этой судьбы?

Ну, из трущоб я выбрался, а кладбище пока ждет. А что в дурдом не попал… Я, наверное, просто никогда никому не причинял особого вреда, а безумие высвобождалось на бумаге.

Как вам в голову пришла блистательная мысль писать стихи, имеющие отношение к реальности?

Меня Поэзия давно удручала — я считал, что это надувательство, скользкое и фальшивое, развлечение для снобов. Почти вся поэзия эта по-прежнему такова. Я же начал записывать слова как можно яснее, потому что от иных способов блевать хотелось. А когда человек говорит по-простому, он скорее будет говорить о вещах реальных. Но мне пришлось добиваться признания такой манеры много-много лет. Редакторы желали старой поэтической писанины и поз, а я не мог, не хотел. В моем нежелании писать устаревшую чушь не было ничего героического. Скорее простое упрямство.

Какой совет можно дать молодым поэтам?

Если вынужден работать, постарайся найти такую работу, которая не имеет отношения к писательству, искусствам и тому подобному… такие занятия расслабляют и слишком оберегают от повседневной жизни, от истинных происшествий.