|
Резво взобравшись на табуретку, чтобы открыть форточку, она мысленно укоряла себя: «Сонечка, ты непозволительно шустра. До неприличия!» – но ничего не могла с собой поделать. В ней было заложено энергии, здоровья и оптимизма на пятерых, и Софья Викентьевна часто думала о тех несчастных которые не получили своей доли жизнелюбия: если природа израсходовала на Сонечку пятикратную норму, то кому-то не досталось ничего. Пусть лицо напоминало гофрированную бумагу, а волосы стали совсем седыми – душа упорно рвалась в ночные клубы, дискотеки, на лыжню.
– Андрюша, когда мы будем танцевать? – У меня не то настроение, Софья Викентьевна. – Не для танцев. – Жаль. А я просто не могу удержаться. Какая хорошая музыка, но я опять забыла название этой группы! Склероз! – «Ту-анлимитед», – грустно подсказал Андрей. – Точно! Прекрасная танцевальная музыка. Андрею действительно было не до танцев. Прошло две недели, как полковник Скворцов вручил ему комплект трупов и мифического маньяка-убийцу, а он еще ни на йоту не приблизился к разгадке. Он начинал сомневаться в своей компетентности, хотя за плечами было четыре откровенно безнадежных дела, раскрытых благодаря феноменальной везучести детектива и его оригинальному взгляду на вещи. Теперь Андрей зашел в тупик, а бездействие означало, что скоро может появиться новая жертва. Ждать, пока убийца ошибется? Но ошибка маньяка, равно как и его удача означали одно – смерть очередной женщины. Почему-то Андрею не давал покоя один факт – две из трех девушек были рыжеволосы. Их волосы были не каштановыми и не русыми с рыжеватым оттенком, а огненными, и это было необычно. Но третья жертва, продавщица из магазина «Изабель», была брюнетка. По какому же принципу он выбирает жертв? Или у него вообще нет никакого принципа?.. – Как она хороша, – щебетала тем временем Софья Викентьевна, накладывая в тарелку горку «Зимнего» салата. – И правильно, что она изменила цвет волос. – На экране телевизора энергично извивалась около микрофона певица. Тоже рыжая! – Мои волосы Андрюша, знаете ли, раньше были прямо-таки пламенными. Множество непослушных завитков, грива, водопад. Мужчины сходили с ума. А когда я еще надевала ярко-красный костюм! О, этот ярко-красный костюм! Отбоя от поклонников не было. Мужчины чутко реагируют на красный цвет – это как призыв, как флаг, зовущий на баррикады сексуальных боев. Обожаю этот цвет до сих пор, не подумайте, что я революционерка… Андрей поднялся. Ему в голову пришла какая-то мысль. – Извините, нужно срочно позвонить. Он взял телефонный аппарат и отправился с ним в другую комнату. – Здравствуйте, Элеонора Максимовна. Извините за поздний звонок. Это Андрей Пряжников… Да, из розыска… Да, вас также… Счастья, здоровья. Нет, по этому делу пока ничего нового, я только хотел спросить: в прошлом году, в декабре, в вашем магазине была другая униформа? У ваших продавщиц? Или те же самые синие пиджаки с золотом, которые я видел? Да? Черные мини-юбки, так, и яркокрасные жакеты. До самого Нового года. Ясно. Спасибо. Еще раз извините за беспокойство. Вы мне помогли. Но не успел Андрей положить трубку на рычаг, как телефон требовательно заголосил. – Эндрю, это я, Тимофеев. Давай быстро подъезжай к ресторану «Анна». Этот тип снова появился. Задушена женщина. – Валера, стой! Она рыжая? – Нет, блондинка. А что, ты интересуешься только рыжеволосыми трупами? Эстет… – А какое на ней платье? – Приезжай, черт возьми, увидишь. Шикарное. Длинное, открытое. По вырезу – мелкие искусственные камешки. |
