Она так хорошо знала этого мужчину, что могла представить себе каждый его жест, каждое движение. Почти понимала мысли… и потому, не верила, зная, что не сможет он себя сдерживать. А она не могла больше терпеть. Не было у нее сил, не после того, как она узнала, что может быть по-другому.

- Малыш, я обещаю, что это не повторится. - Голос Валика был напряженным. - Я клянусь. Возвращайся, Лина.

- Я не вернусь. - Устало ответила она.

- Я найду тебя, ты же знаешь, что найду. - Валентин не угрожал, Лина понимала это. Он просто говорил, что не сдастся в любом случае. - Ты моя, малыш. Я не могу без тебя. И не отпускаю.

- Ты убиваешь меня, неужели ты не видишь этого, Валик? - Она чувствовала, что начинает скатываться в истерику. Надо было заканчивать этот разговор. Девушка сообщила ему то, что было главным.

- Я вытягиваю тебя, малыш. Всегда. И сейчас, вытащу. Ты моя. - Валентин говорил с такой убежденностью, что Лина поняла - бессмысленно объяснять ему что-то, по крайней мере, сейчас.

Тяжело вздохнув, она сказала последнее, что имело значение для ее совести.

- Ты не должен заботиться о моей матери, Валик. Не обязан. Только сообщи мне, куда ты отправишь ее. Ты свободен от нас, Валентин. Тебе больше не надо заботиться обо мне. Я буду учиться делать все сама.

- Мы не можем быть свободными друг от друга, малыш. Не можем. - Лина понимала, что в чем-то он прав. Они оба поломаны их жизнью. И между ними всегда будет то, что связало когда-то. Но, она очень постарается порвать эту связь. Очень. - Я найду тебя малыш. Ты моя. - Валик не собирался отказываться. Она слышала это по твердой убежденности в его голосе.

У нее больше не было слов.

Лина просто нажала на отбой, утыкаясь лицом в колени. Девушка не собиралась плакать, нет. И не плакала. Просто, у нее не было больше сил. А стержень, которым всегда был Валентин в ее жизни, Лина еще не успела создать себе. Но она справится, девушка твердо решила это. Она сделает все для того, чтобы суметь научиться жить.

Ощутив нежное касание руки Дмитрия к ее волосам, Лина подняла голову и попыталась улыбнуться. И у нее, почти, получилось. А это было уже неплохо.

Дима расслабился, увидев, что она пытается держаться. Ему хотелось бы сказать Лине, как он гордится ею, тем, что она нашла в себе силы. Что смогла сделать первый шаг из жизни, которая уничтожала ее. Он слышал большую часть разговора, и понимал, что не уйдет Валентин просто так, не смирится, не опустит руки.

Но, ведь, и сам он не ушел, когда Лина просила. Трудно было упрекать другого, за то, что тот любил Лину. А, вот за то, что он творил с девушкой, Дима мог его ненавидеть.

Мужчина крепко обнял любимую. Еще было так много проблем, которые предстояло решить. Главное, чтобы она позволила ему помочь ей в этом.

- Пошли, милая. - Тихо прошептал он ей на ухо. - Я отведу тебя в комнату и, наконец, нормально осмотрю. А то, никудышний из меня хозяин, держу тебя на полу в прихожей.

Лина кивнула, с радостью принимая помощь. Понимая, что головокружение только усиливается.

Она, даже, покачнулась немного, крепче ухватываясь за Диму. И увидела, как он хмурится, наблюдая за ее неуверенной походкой.

- Вот черт! - Негромко пробормотал мужчина. - Похоже, что у тебя сотрясение.

* * *

Дима отвел Лину в ближайшую спальню. Он не был уверен в том, что там, хотя бы, имеется постельное белье. Мужчина не помнил, в общем-то, когда и заходил в эту комнату в последний раз. Но, не рискнул вести девушку в таком состоянии на второй этаж по винтовой лестнице.

Да и неловко, как-то, было вести ее в свою комнату. Не сейчас, по крайней мере.

Осторожно усадив любимую на диван, хоть она и пыталась отказаться от такой опеки, мужчина быстро подошел к окну, поднимая жалюзи. Комната наполнилась светом раннего летнего рассвета.