Кузя засунул ладонь в голову и взъерошил волосы.

– Раиса Ивановна стала клясться, что ничего не удаляла, но подруга не поверила и обиделась. Суворова принялась листать ленту и поняла, что нет снимка. А она его не удаляла! Я попросил ее прислать мне фото, начал работать охотничьей собакой в сети и… нашел-таки пропавшее!

– У Клавдии Петровны, – подхватила я. – Только вместо лица Суворовой там физиономия Воробьевой.

– А теперь скажите, – с несвойственной ему горячностью продолжил Кузя, – какова вероятность того, что Раиса Ивановна придет ко мне с разговором о пропавшей публикации, а я отыщу ее и смогу понять, что аккаунт Клавдии весь состоит из фальшивой информации? А?

– Ну… если бы в сериале показали такую сцену, я могла бы долго смеяться, – ответила за всех Марина.

– Начал проверять все снимки у госпожи Воробьевой, – продолжил Кузя, – нашел пять штук таких же в других аккаунтах. Но все хитро! Человек, например, выставляет подборку, шесть-семь кадров. У него тырят один и убирают его из «родного» аккаунта. Остальные в серии остаются. Не все потом любуются на свои старые публикации, да и не помнят, чего сколько выставили. Гляньте на экран. Что видите?

– Четыре женщины, один мужчина и подросток в музее, у стенда с фото, – ответила я. – И еще снимки этой же компании. Много снимались в разных залах и у входа.

– Теперь изучим другое фото.

– Опять эти же экскурсанты, только у одной тетушки лицо изменилось… Поняла! Это исправленный снимок, который взяли у другой женщины. Но трудно было бы даже владелице аккаунта понять, что его украли, не вспомнит она уже, что выкладывала. Да и фотографии похожи.

– Верно, – согласился Дегтярев. – Просто повезло нам с соседкой ребят.

– Подобраны фото очень хорошо, внешность женщин – прямо как у той особы, с которой встречалась Даша. Владелицы профилей, из которых сперли фотки, все стройные, высокие, оставалось только лицо заменить, но это как чихнуть, – дополнил Кузя.

– Нас водят за нос, – подвел черту полковник.

– Ага, – по-детски согласился Кузя. – Но с какой целью? Меня охватил азарт охотничьего пса, и я побежал по следу… Вообще-то, рад такой ситуации.

– Почему? – не поняла я.

– Потому что расслабился. В последнее время начал считать, что все могу, легко бдительность потерял, сливочки сверху снимал, не смотрел, что под ними. Попросили найти аккаунт Клавдии? Да пожалуйста, получите в один клик! И ничего внутри не дрогнуло! Не сомневался – вот она, Клава, со своими друзьями. Однако, следовало не ботве радоваться, а морковку откапывать. Очень на себя обозлился. Продолжил поиск. Но нет другой Клавдии Петровны Воробьевой! Возможно, она просто не пользуется соцсетями. Немного, правда, странно для женщины, которая исправляет речь людям, логопеду надо где-то клиентов находить. Надеяться только на сарафанное радио не стоит. Но Воробьева не использует возможности сети. И вдруг мелькнула информация в «Живом журнале». Для тех, кто не в теме, вкратце расскажу. «Живой журнал», по-английски «LiveJournal», был создан в США в самом конце девяностых годов. Это мое ностальгическое воспоминание, такое же, как «аська».

– «Ку-ку», «ку-ку» – такой звук раздавался, когда сообщение приходило, – рассмеялась Марина.