– Интересно, сестры общаются? – задался вопросом Кузя.

И тут меня осенило:

– Когда я привезла Дудковой продукты, она пришла в полный восторг. Стала разбирать сумки. Точно сейчас разговор не передам, но важна суть. Лиза показывала что-то Клавдии, спрашивала: «Это хочешь?» А я сидела не рядом с Клавдией, нас разделял большой стол. Инвалидное кресло не особо высокое, я видела лишь верхнюю часть Воробьевой, по плечи. И сейчас лишь сообразила: Дудкова задавала вопрос, держа в руке, например, банку варенья. Елизавета внимательно смотрела на свою подопечную и улыбалась. Если Клавдия радовалась, Лиза отвечала: «Поняла, это тебе нравится». Дудкова понимала Клавдию, но та молчала, улыбалась, кивала или вертела головой так, что становилось ясно, что ей не по вкусу, а что, наоборот, нравится.

– Она не способна двигаться? – быстро уточнил Собачкин.

– Ну, – на секунду растерялась я, – ходить Воробьева точно не может. Но она хорошо слышит, поворачивает голову, опускает ее, поднимает, руками двигает. Когда я вошла в комнату, она волосы поправила, слегка улыбнулась. Женщина не безумна.

– Ольга Николаевна Воробьева, которая окончила десятилетку в Иваньковске, поступила сначала в вуз, где готовят учителей, потом, по ее словам, сменила имя, невесть как перебралась в институт, где готовят киноартистов, и получила диплом, – объявил Кузя, глядя в компьютер. – А потом пропала с радаров. Куда она подевалась?

– Умерла? – предположил Собачкин.

– Создается впечатление, что девушка исполнила свою мечту, стала лицедейкой, вышла за ворота института – и все! – пробормотал Кузя. – Поиск еще идет, но пока нет никаких сведений.

– Откуда взялась Алевтина Николаевна Воробьева, которая называет Клавдию матерью и сообщает, что та живет в Иваньковске, нуждается, и просит денег на дорогое лечение матушки? – удивилась я. – Мы…

Я замолчала.

– Продолжай, – велел Дегтярев.

– Мы сразу узнали, что Алевтина солгала коллегам о смерти своей мамы, – продолжила я, – а потом, наверное, забыв, что наврала раньше, учительница труда сообщила, что мать у нее больна. Педагог умчалась на помощь ей, забыв про Веру. Что если Алевтина не имеет вообще никакого отношения к старшей Воробьевой? Что связывает преподавательницу с воспитанницей Юркиной? Они обе пропали, а в развалинах церкви обнаружилась пара окровавленных халатов. Да только живо выяснилось, что это спектакль, который поставил непрофессионал. Можно предположить, что женщина и девочка совершили совместный побег. Вера хотела вырваться на свободу, она терпеть не может родителей и слишком умного брата. Кирилла постоянно хвалят, называют гением, а его старшая сестра – двоечница и ведет себя так, что отец, который очень обожал дочь, оказался вынужден поместить ее в интернат тюремного типа. Алевтина тихо работает, получает неплохую зарплату, но на нее особо не разгуляешься. Денег хватает, чтобы оплатить коммунальные расходы, купить продукты, позволить себе раз в пару месяцев небольшую покупку или, например, поход в театр, кино или ресторан, не все сразу. Можно предположить, что Алевтине хочется денег, поэтому она берет кредиты, не справляется с выплатой и лжет про смерть и болезнь мамы. Тут вопросов нет, людей, которые тонут в болотах разных долгов, много. Но при чем тут Вера?

– Украсть девочку, где-то ее спрятать, потом потребовать выкуп, – предположил Дегтярев. – Старый, как мир, способ поднять личное финансовое благополучие.

Глава тридцатая

Собачкин взял телефон.