От пажа пахло благовониями!

— Аслин! — прошипел Пендрагон, разгневанный этой выходкой.

— Не это ли твоя старшая дочь, Пендрагон? — улыбнулся Генрих.

— Да, ваше величество, — признался Гэлан, заталкивая девчонку к себе за спину.

— А ну-ка покажи нам ее!

Гэлан подчинился, от всей души надеясь, что король не поймет забористое гэльское ругательство, слетевшее с нежных девичьих губок.

Коннал как ни в чем не бывало стоял рядом, опираясь на меч.

— Попалась, пигалица! — шепнул он, когда сестра проходила мимо, и Аслин ответила ему убийственным взглядом.

Гэлан поставил свою дочь перед королем и с облегчением перевел дух, когда она изобразила вполне приличный реверанс. Он сердито глянул на Сиобейн, но та лишь пожала плечами и улыбнулась. Король поднялся с трона и подошел к Аслин.

— Встань, дитя!

Она выпрямилась с гордым видом, и Гэлан обмер от страха. «Ради Бога, попридержи свой чертов язычок!» — взмолился он.

— Да ты красавица, — заметил Генрих, откинув с лица девицы капюшон.

— Об этом мне твердят все в замке!

Король вопросительно глянул на Пендрагона. Несчастный отец с трудом сдержался, чтобы не прибить строптивую дочку прямо здесь, в присутствии Генриха.

— А тебе не нравится быть красивой?

— Нет, ваше величество, потому что все вокруг считают, будто красивым женщинам мозги не требуются!

— А на что бы ты хотела употребить свои мозги?

— На нечто большее, чем вышивание подушечек для дивана, мой государь!

— Возможно, нам удастся подыскать для тебя более достойное занятие. — Генрих с улыбкой дернул за непослушный рыжий локон, и зеленые глаза Аслин вспыхнули от восторга. — Но вначале тебе следует подрасти. — Он отлично видел, что девчонка готова была вспылить, однако предпочла сдержаться — и тем еще сильнее расположила к себе государя. Какая отвага! Под стать ее отцу! — Жаль мне тебя, Пендрагон! — лукаво улыбнулся Генрих.

— Вы совершенно правы, государь!

Гэлан схватил дочку за руку и подтолкнул к матери.

— Начинайте праздник! — приказал король и удалился со своей свитой во дворец.

Гэлан обернулся, собираясь устроить Аслин хорошую взбучку, но той и след простыл.

Он сурово посмотрел на Коннала.

— Откуда я знаю, где она? — ответил юноша, аккуратно засовывая меч в ножны. — Ты сам виноват!

— Я?! Без твоей помощи она бы не смогла изображать пажа! Эта упрямица еще наживет себе неприятности!

— Она не считает себя упрямицей! Она просто Аслин. — Коннал придвинулся к отцу и вполголоса добавил: — Если бы ты не позволял ей садится себе на шею, милорд, она бы смирно вышивала коврики!

— Ха! Да ни одна из дочерей Сиобейн не станет такой занудой!

— Отец это и твои дочери тоже! Между прочим, у тебя есть еще две, и не известно, чей характер они унаследуют. А скоро может появиться и третья!

Гэлан замер: Коннал не называл его отцом с тех пор, как стал считать себя взрослым. И хотя юноша не был его родным по крови, не всякий отец так любит свое дитя, как Гэлан любит Коннала.

— Ну, ступай к друзьям, надо же похвастаться подарками! Завтра тебе предстоит на деле доказать, что ты достоин рыцарского звания!

— Турнир? — нахмурился Коннал.

Гэлан кивнул. Коннал просиял в ответ.

— Если только Сиобейн не помешает, — буркнул Гэлан себе под нос, глядя, как Коннал подводит своего жеребца группе молодых воинов.

Не дождавшись конца трапезы, Сиобейн украдкой выскользнула из зала и отправилась в свою спальню. Гэлан переглянулся с Фионой, и та кивнула. Кубок выпал из ослабевших пальцев и со звоном покатился по полу.