— А потом?

— Каждый день, пока ты не вернешься с согласием своего короля, я буду убивать кого-то из твоих людей.

— Мои люди пойдут со мной, — заявил ирландец.

Барон с притворным сожалением покачал головой:

— Нет, Финниан. Ты должен согласиться, что я буду дураком, если освобожу вас всех, не обеспечив себе гарантии на тот случай, если пункты нашего соглашения не будут приняты.

— Да, верно. Ты, Рэрдов, дурак.

Губы барона растянулись в недоброй улыбке.

— Пожалуй, лучше по два пленника в день… — протянул он, разглядывая свои ногти. — Одного на рассвете, второго — перед сном.

— Я подпишу договор, — объявил Финниан. — Только освободи моих людей.

— Освободить? Что ж, давай так: прежде чем они уйдут, мы подпишем бумаги при свидетелях, а также просмотрим руководство по приготовлению красок — и все прочее.

Финниан молча отвернулся к стене.

— Я и не ожидал от ирландца особого ума. — Вздохнув, Рэрдов обратился к страже: — Приковать его к стене и дать несколько ударов кнутом по спине. Посмотрим, не передумает ли он тогда.

Финниана тут же поволокли к сырой и холодной стене, а затем началось истязание. Но ирландец, сжав зубы, не издавал ни звука, он с презрением относился к боли и думал только о своих людях, а также об отмщении.

Внезапно истязание было прервано одним из воинов, поспешно спускавшимся в тюрьму по влажным ступенькам.

— Милорд, поступило сообщение! Прибывает Сенна де Валери! — на одном дыхании выпалил посыльный.

— A-а, моя… невеста?.. Что ж, тогда снимите с него наручники.

Финниан мысленно возблагодарил женщину, спасшую его от очередного избиения.

— Сколько осталось до ее прибытия? — спросил барон, когда стражники начали отпирать тяжелые железные браслеты на запястьях пленника.

— Совсем немного, милорд.

— Хм… И какова же она?

Этот простой вопрос заставил Финниана содрогнуться. Женщина, окруженная заботой Рэрдова?.. Да она тут не протянет и месяца.

— Ни ее лицо, ни фигура не разочаруют вас, милорд, — сообщил гонец.

— Да, я слышал, что она хороша собой, хотя не так уж молода. Ей двадцать пять, насколько я помню.

— У нее с собой много тяжелых счетных книг, если это имеет значение, — добавил воин.

Барон же рассмеялся:

— Нет, это не имеет особого значения. Она тут будет занята… совсем другим.

«Похоже, она станет жертвенным ягненком», — подумал Финниан.

А англичанин вдруг заявил:

— Нам придется отложить наши переговоры, О’Мэлглин.

— У нас еще осталось что сказать? — пожал плечами Финниан.

— У меня — нет. А у тебя — несомненно. И тебе следует хорошенько подумать.

— Подумаю, если ты освободишь моих людей.

— Ты сказал «если»?.. — Седеющая бровь барона приподнялась на дюйм.

— Запомни, Рэрдов, — Финниан широко улыбнулся, — я могу сделать твою смерть быстрой или медленной. Выбор за тобой.

Стражники тут же повалили пленника на каменный пол, и один из них придавил ирландца к полу тяжелым сапогом со шпорой. А Рэрдов со вздохом проговорил:

— Какие же вы, ирландцы, упрямые и глупые… Ирландия — странная страна. Однако Сенна де Валери, приезжающая из Англии, ничего о вас не знает. Ну что ж… — Барон присел на корточки возле пленника.