– У меня ключи от всех квартир. А что?..

– Мы опасаемся, что с госпожой Годес беда. Она сегодня не отозвалась вечером, когда я принесла ей продукты, а теле фон постоянно занят…

– Так она, наверное, разговаривает с кем-нибудь. И из-за этого вы разбудили меня?

– Разговаривает! В такое время?! Нет! Не может быть! Пойдемте скорее с нами наверх!

Фрау Нойман с сомнением разглядывает Фредерика. Его вид не внушает ей доверия.

– Это Фредерик Доннер, мой знакомый. Не беспокой есь!

– Ну, хорошо. Одну минуту…

Госпожа Нойман затягивает потуже пояс на своем халате, что при ее тучности весьма непросто, и исчезает в глубине коридора. Кармен слышит, как она перебирает ключи. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем Нойман появляется снова.

– Идемте!

Кармен хочется не идти, а бежать, но у Нойман, при весе почти в центнер, имеются определенные трудности с передвижением по лестнице. Она медленно ступает отекшими ногами по ступеням. Кармен едва сдерживается, чтобы не отобрать у нее ключи. «Может, мы все-таки успеем», – с надеждой думает она.

Тяжело дыша, Нойман сначала сама еще раз звонит в дверь. Потом под тяжелым взглядом Кармен вставляет-таки ключ в замочную скважину. Крутит ключ туда-сюда, еще и еще раз, но дверь не открывается.

– Позвольте, я… – Фредерик пытается повернуть ключ, но тщетно. – Похоже, изнутри в замке ключ, так у нас ничего не выйдет!

Кармен пытается что-нибудь разглядеть через маленькое стеклянное окошечко в двери. Но стекло матовое, и не видно даже, горит ли свет в коридоре.

– Что теперь?

– Взламывать! – заявляет Фредерик.

– Тогда надо звать слесаря! – говорит госпожа Нойман и смотрит на наручные часы – золотой браслет впился в ее пухлую руку.

– На это нет времени! У вас есть внизу какой-нибудь инструмент? Лом или что-нибудь в этом роде?

– Нет-нет… – лепечет старая женщина. – К тому же мой муж всю неделю на монтажных работах. И запер весь инструмент. Ничего не поделаешь!

Фредерик тем временем уже снял свою куртку и намотал на правый кулак.

– Отойдите на шаг назад, – резко говорит он обеим женщинам.

Видно, как он весь напрягся. Громко выдохнув, он ударяет по одному из маленьких стекол, просовывает руку внутрь и поворачивает торчащий внутри ключ. Дверь открывается.

– Но вы не можете вот так просто… – пытается слабо протестовать госпожа Нойман.

Кармен не дает ей закончить, отмахиваясь, как от назойливой мухи:

– Что стоит одно стекло по сравнению с человеческой жизнью, госпожа Нойман? Что!..

Кармен заходит в квартиру первой, Фредерик – следом. Он находит выключатель. Теперь коридор освещен, но квартира все еще в темноте. Кармен спешит в гостиную. Уже от двери она видит, что рядом с телефонной тумбой лежит старушка.

– Эльвира! – Кармен бросается к ней.

Фредерик включает свет в комнате. Эльвира лежит на полу, лицо совершенно белое, в руке – телефонная трубка.

– Немедленно звони в Службу спасения! – кричит он Кармен.

Он хватает Эльвиру за запястье, пытаясь прощупать пульс. Кармен с трудом вытаскивает телефонную трубку из безжизненной руки подруги.

– О Боже! Она умерла, она умерла! Смерть пришла в наш чудесный дом! – причитает госпожа Нойман.

Кармен грубо обрывает ее:

– Да заткнитесь вы, наконец!

На дисплее телефона мерцают три набранные цифры – 452… Последних цифр нет. «Бедная, она пыталась дозвониться мне», – догадывается Кармен.