– Да плевать мне, я…

– Обратите внимание, командир! – Майор повысил голос, перебивая Новосиба. – Второй автобус они не пытаются атаковать!

– И что это, по-твоему, значит, умник?!

– У нас люди с объекта и груз с объекта – больше ничего не изменилось. Три варианта: птицам нужны люди, которых мы забрали, птицам нужен груз, который мы забрали, или им нужно и то и другое.

Новосиб небрежным ударом широкой ладони переломал на лету крылья вороне, нацелившей ключ на врача, и уставился на Белоглазова.

– Ты что, сука, предлагаешь?

– Нам от них не уйти. – Майор старался сохранить спокойствие: всегда помогало, когда начальство начинало орать. – Птицы не мутанты и не белки, не оторвемся. Можно попросить наших новых товарищей снять и выбросить противогазы. Мне показалось, они особенно бесят и мутантов, и животных.

– Вы что, заразить нас хотите?! – закричал один из эвакуированных. – Поймите, мы работаем над проблемой спасения человечества! Если мы заразимся, то, возможно, сразу умрем или станем зараженными, как…

– Как мы, – закончил за него Новосиб. – А каковы твои шансы найти новый баллон, браток, хотя бы один? Или ты надеешься, тебя примут в другое «обеззараженное место»? Вся твоя защита – лишь на несколько часов.

Он опустил голову, посмотрел на спокойно дышавшего Сергея, на которого уже подействовало обезболивающее, пожал плечами и сорвал с врача маску. Тот вскрикнул, потянул маску назад, но тут же безвольно опустил руки.

– Снимайте с них противогазы! – приказал Новосиб, быстро успокаиваясь. – Но выбрасывать не спешите, вдруг и этого хватит. Пригодились бы. А что делать? Эта стая нас демаскирует. До смерти не заклюют – так ведь привлекут мутантов со всего города!

Одиночная стрельба в автобусе не затихала все это время: они ехали уже по улицам города, и появлявшиеся из дворов мутанты, сливаясь во все большие группы, преследовали их. В несколько секунд с сопротивлявшихся «незараженных» содрали противогазы. Буквально в ту же секунду атака птиц стала ослабевать. Пара перепуганных ворон и голубь заметались под крышей в поисках спасения. Агрессия исчезла, и бойцы взмахами рук и криками выгнали их в окна.

– Соображаешь, майор! – коротко похвалил Новосиб. – Поговорим и об этом. Так, а вот это скверно…

Двое из четверых спасенных с объекта корчились на полу, задыхаясь во всем знакомой агонии.

– Ничего не поделать! Открывайте дверь. – Командир печально улыбнулся. – Сами понимаете, у нас как в море: тело да будет предано… За борт, в общем.

– Они могли еще очень помочь в изучении вируса, а прежде всего – в защите от него тех, кто еще не заражен… – сокрушенно вздохнул врач. – Замечательные люди и специалисты.

– Вечная память! – согласился Новосиб. – Вот только сколько их, таких, уже мертво? Вечная память им всем.

Когда умиравших подтащили к двери, вдруг засуетился тот их коллега, что остался жив.

– Позвольте, позвольте! Вы не могли бы… Я думаю, прострелить мозг – достаточно! Они не заслужили бегать вот такими… Животными.

– Прощальный салют в затылок? – Новосиб вскинул автомат. – Это дело! Когда дело говорят, я уважаю.

Белоглазов отвернулся и, лишь когда тела покинули автобус, помог закрыть дверь и наложить специальные «засовы». Про себя он подумал, что тоже предпочел бы получить пулю в затылок. Не хотелось бы, чтобы кто-то из знакомых потом увидел его бегающим за людьми с оскаленной пастью.