|
За пару недель Юрию так и не представилась возможность по-настоящему проверить эту способность, как и понять, где ее можно применить. И нужно ли вообще ее применять?
— …. Юра? Юра? Что с тобой? — обеспокоенный тон и трясущая его за плечо рука Семена Никифоровича заставили парня вынырнуть из незаметно затянувшего его водоворота сложных мыслей.
— Все в порядке, — успокаивающе улыбнулся Юрий, досадуя, что позволил себе ухнуть во тьму разума во время разговора и, судя по глазам, напугал старика.
— В порядке? — с полным на то основанием усомнился тот. — Что-то непохоже — в какой-то момент ты перестал откликаться, посерел лицом, у тебя даже губы посинели — плохие признаки! — Семен Никифорович, взяв молодого коллегу за плечи, почти заставил его присесть на стул. С отчетливо ощутимой виной в голосе произнес: — Прости старого дурака — у нас еще целый месяц впереди, а мы гоним непонятно куда! — Обеспокоенно поинтересовался: — Ты вообще сегодня ел? Раньше такие приступы были? Может быть измерим давление? У меня есть… -
— Вот еще придумали! — сразу и наотрез отказался Юрий. — Я здоров как бык, а то что случилось… задумался глубоко. И ведь согласитесь, есть о чем? -
— Не поспоришь, — вздохнул Семен Никифорович, все еще с подозрением поглядывая на подскочившего парня, что изо всех сил старался продемонстрировать бодрость и здоровье.
Через некоторое время Юрию вроде бы удалось успокоить его подозрения, странный случай забылся и старый-молодой коллеги вернулись к работе и попутному обсуждению переноса, его возможных последствий для клана, для зоны переноса, для местности в прошлом вокруг нее, для всей планеты Земля…
— Меня по-прежнему беспокоит, что мы так и не смогли выяснить, куда девается вытесненная часть структуры запущенного нами импульса времени, на место которой мы внедряем нашу матрицу, — не в первый раз за прошедшие годы совместной работы делился с Юрием этой своей опаской старый ученый. — Энергия ведь не может деваться в никуда, она всегда переходит в новое состояние… и тут мы к моему великому стыду до сих пор можем только гадать. -
— Зачем переживать о том, что уже никак не изменить, — с облегчением отвлекаясь от монитора, пожал плечами Юрий, — оба контрольных заброса тестовых матриц прошли успешно и никаких последствий не породили, а значит все в порядке. -
— Э нет, шалишь, — отрицательно покрутил пальцем в воздухе Семен Никифорович, — то что мы не смогли их зафиксировать совсем не значит, что их не произошло. Возможно эффект оказался столь незначителен, что наш прибор не сумел уловить колебания поля времени. -
— Так это же хорошо? -
— Ничего хорошего — зона переноса это не один лесной эльф и не сундук, это огромный объект… и соответственно тот или иной побочный эффект тоже получится соответственный. -
— Возможно! — тут же уточнил Юрий.
— Возможно, — согласился Семен Никифорович, — возможно верна выдвинутая еще твоим дедом теория, и вытесняемый матрицей кусок структуры выдавливает в неискаженное следом импульса времени поле, где без следа растворяется в нем. — Он мечтательно поднял глаза к потолку: — Для нас это был бы идеальный вариант, — покачав головой вздохнул, — но к великому сожалению это всего лишь теория. -
— Вы боитесь, что случится то же, что произошло в семьдесят седьмом тире девятьсот восьмом? — напрямки без обиняков поинтересовался Юрий. Совсем не деликатный вопрос, но он мог себе позволить его задать тому, кто стал ему за долгие годы знакомства и совместной работы по-настоящему близким, родным человеком. |