Аж отшатнувшийся от стола Элеммакил дико взглянул на неё, на мгновение потеряв обычно всегда присущий ему контроль над выражением лица — чем-то спокойные, по-взрослому взвешенные слова Людмилы его явно поразили и даже шокировали, по видимому он ожидал от неё совсем другого, совсем-совсем! Растерянно взглянул на Альдарона, что иронично-философски встретил его взгляд… и чуть пожал плечами. Затем, более-менее придя в себя полуэльф с кривоватой ухмылкой-гримасой проговорил:

— Забавный парадокс — жрица бога войны не хочет войны за души верующих, не хочет прикончить слабого, чтобы стать сильней, в то время как последователи того, кто призывает не отвечать на зло насилием и подставить щёку, всегда готовы в клочья разорвать любого иноверца. -

— Согласись, получится нехорошо, если мы начнём обезьянничать за дикими и жестокими людьми того времени, — мягко, но по прежнему твёрдо продолжила отстаивать или скорее объяснять свою позицию Великая жрица, — наш путь это путь гармонии богов, когда боги и их верующие не враждуют меж собой, выясняя кто сильней-святей-достойней, а живут в мире и взаимном уважении. Возможно людям, не исключая последователей Христа и Аллаха, такой порядок понравится больше, чем привычная им жестокость и нетерпимость друг к другу. В конце-концов не к этому ли их всегда призывали их пророки? Не об этом ли говорят их главные книги? -

— Ну а если не поймут, не захотят, наоборот, со всей истовой страстью оголтелого фанатизма захотят разрушить эту гармонию, а всех её приверженцев отправить на тот свет? — спрашивая, с интересом смотрел на жрицу Альдарон, его глаза расширились, когда он услышал в ответ:

— Тогда нам придётся их всех… убить, ради гармонии и торжества истинной веры, — без малейших колебаний и абсолютно не смущаясь чудовищности своих слов произнесла Людмила. Тут же уточнила: — Но я изо всех сил надеюсь, что до такого не дойдёт. Быть может достаточно будет прикончить злых и глупых пастырей вместе с их боевыми псами, а их заблудшие стада убедить в НАШЕЙ правоте и направить на истинный путь. -

Вновь едва не взялся за голову Элеммакил — он понял, что абсолютно неправильно оценил встревожившие его ранее слова Людмилы, её позицию и её готовность к борьбе.

— И вообще… лучшая оборона это нападение! — чуть привстав жёстко прихлопнула ладошкой по столу Людмила. — Сидя за железным занавесом свою правоту не отстоишь, лишь позволишь неприятелю выбирать место и время для удара! Как учит Трооатэна: ''надо смело идти вперёд навстречу любым вызовам и не страшась глядеть им в глаза'', '' тот кто боится и избегает боя, проигрывает не врагу, а собственному страху и умирает ещё до битвы, тот кто боится и всё равно сражается — бессмертен''. -

— Как и чем собираешься нападать? — Дримм невольно улыбнулся, с удовольствием глядя на буквально лучившуюся уверенностью жрицу.

— Умной проповедью, просвещением и собственным примером — самые лучшие способы борьбы за умы. Наши основные земные оппоненты зачастую слишком сильно эксплуатируют тупой фанатизм и страх наказания за грехи как в будущей, так и в этой жизни — мы должны противопоставить им асимметричный ответ. Очень рассчитываю на выпускников Школы жрецов и паладинов, особенно на первое поколение из вы сами знаете каких детей. Паладины, настоящие паладины Творца Битвы, должны производить сильное впечатление на неокрепшие умы. -

— Ну до первого выпуска чуть не два десятка лет… — с сомнением протянул Альдарон.