Однако, как ему показалось, Юрий справился неплохо: не дал отразиться охватившей его панике на лице, переборов внутреннюю дрожь спокойно зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь, по знаку одного из мужчин приземлился на указанное место напротив них. Помня уроки Альдарона и напутствия Стриги, в глаза им не смотрел, но и не опускал взгляд в пол, не суетился, постоянно помнил о руках (зачастую мелкая моторика конечностей лучше лица выдает сильное волнение). А затем… произошло то самое анкетирование, о котором предупредил убивец-охранник, по результатам которого у него изъяли старый пропуск и без проволочек выдали новый-действующий, похожий на старый как две капли воды. Каких-либо дополнительных вопросов сотрудники СБ (или кто они там?) не задавали, анкета оказалась не бей лежачего — до зевоты скучный стандарт. Вся процедура заняла чуть больше пятнадцати минут, и вообще могло бы создаться впечатление, что новые знакомцы ''отбывают номер'', выполняют скучные должностные обязанности и до Юрия как такового им и дела нет… если бы не слишком цепкий, выдающий несомненный интерес взгляд более молодого из них. От второго постарше не исходило ничего кроме скуки и желания поскорее свалить с работы домой (пара с трудом подавленных зевков практически идеально дополняли этот образ).

— Вроде бы обошлось, — с облегчением выдохнул Юрий, пряча новенький пропуск во внутренний карман. С трудом скрывая радость попрощался и, уже направляясь на выход из кабинета, хмыкнул про себя: — Хоть и убийцы, но вроде не вредные ребята, старший и вовсе чем-то неуловимо напоминает Папашу (Альдарона)…. Что?!! — последняя, внезапная даже для него самого мысль заставила его бросить быстрый взгляд на остающихся в кабинете…

Шагая по коридору и держа путь к родному отделу, Юрий одновременно пытался осознать то, что в последний момент показал ему вновь неожиданно проснувшийся дар: более молодой из выдававших ему пропуск мужчин совсем недавно и впервые в жизни стал отцом, крайне гордился чистой победой на каких-то межведомственных соревнованиях по стрельбе, относился к нынешнему назначению как к отпуску, но не собирался манкировать своими обязанностями, большое место в его жизни занимали престарелая мать и постоянно влипавший в разные истории младший брат; тот что постарше начинал службу ещё при СССР в погранвойсках, а нынче прекрасно чувствовал себе в звании полковника, немного переживал, что коллеги по службе прознают про его появившиеся с возрастом проблемы на интимном фронте, постоянно крутившиеся у него в голове мысли о будущем полны мрачного пессимизма, буквально им смердят. Ах да, оба значились кадровыми сотрудниками ФСБ и прекрасно осведомлены о грядущем Апокалипсисе, более того, старший был не последней фигурой в российском сегменте операции прикрытия и родственной ей операции под кодовым названием ''Дом Свифта'', на сладкое он же являлся обладателем определенных экстрасенсорных способностей и за то очень ценим начальством.

Ну а пока озадаченный, выбитый из колеи парень спешит на рабочее место и попутно потеет (изо всех сил стараясь дотумкать-угадать, что такого криминального мог увидеть про него доморощенный экстрасенс от спецслужб) в только что покинутом им кабинете состоялся один небезынтересный разговор…

— Ваше мнение? — с неподдельным уважением и едва заметной ноткой положенного по службе подобострастия обратился к старшему коллеге молодой.

— На первый взгляд — нормальный парень, насколько я смог почувствовать ни в чём таком не замешен, по крайней мере в настоящий момент. Разные мелкие грешки за ним скорей всего водятся, возможно время от времени использует служебное положение в личных целях, но это уже не наше дело, — поделился сложившимся у него мнением полковник. Он не стал грузить молодого ненужной информацией о том, что жутко перепутанными мыслями и чувствами программиста безраздельным огненным вихрем владеет какая-то яркая рыжая красотка, один лишь смутный образ которой зацепил и самого полковника, зацепил как мужчину на самом что ни на есть физиологическом уровне, зацепил и вызвал зависть к способному полноценно радоваться жизни парню.