В голову немедленно полезли воспоминания о прошедшей ночи, но я усилием воли их задвинул куда подальше. Мне сейчас только разборок с собственной совестью не хватало!

— Дима, ты действительно думаешь, что Нана вот так возьмёт и найдёт себе кого-то, с кем ей будет лучше, чем с тобой? — со вздохом спросила Мирен, покосившись на ментальный щит со стороны Куроцуки. Я тоже туда поглядывал — преграда, даром что виртуальная, отчётливо алела, словно перегретый металл. — Ей ведь придётся всю жизнь обманывать мужа, притворяясь обычным человеком. А выберет мага или демона — прожить под печатью клановой убийцы, да ещё и изгнанной. Магический мир слишком маленький, чтобы такое рано или поздно не всплыло.

— Но… — я попытался собрать вместе разбегающиеся мысли.

— Ты не думай, что я всё сейчас придумала: мы много раз о будущем говорили, пока были снаружи, — суккуба зябко повела плечами. — Связь не работала, вечерами было одиноко и плохо…

Совесть опять шевельнулась. Чёрт.

— Вот и обсуждали… Всякое, — закруглилась с подробностями демонесса. Воспоминаниями этими ей по понятным причинам делиться со мной не хотелось. — Кроме того, для Наны быть не единственной супругой — вполне… в культурном коде. В клане — ты сам видел разговор её бабушки и матери — в плане традиций словно двадцатый век и не наступал.

— Допустим, — я сформировал и послал в сторону юки-онны самый большой импульс душевного тепла и ощущения поддержки и заботы, который только смог собрать. Только эмоциональный щит ледяной девы не обрел стабильность, а ещё больше “раскалился” и начал опасно потрескивать. — А ты?

— Не “а я?” а “а мы?” — с усмешкой вернула мне поправку суккуба. Правда, её настроение тут же стало предельно серьёзным. — Связь, Дим. Попробуй представить, что я буду чувствовать через телепатический канал, когда Нана будет с другим мужчиной? А что ты будешь в этот момент чувствовать? Знаешь же, что ни один ментальный блок не бывает абсолютным.

Я представил. Надеюсь, только, что я сумел удержать лицо — иначе иная бабушка, обернувшись, могла чего доброго порядком напугаться. На воображение я никогда не жаловался, потому вообразил всё живо — и через секунду поймал себя на том, что раздумываю лишь о том, как удавить урода, который…! Упс.

— Я тебя очень хорошо знаю, — с толикой грусти, но по большей части гордо, заявила моя блондинка. — Ну, что скажешь?

— Что я самый везучий мужчина на Земле! — я мысленно обнял демонесс, ради такого фонтанирующая смущением Нанао всё-таки сняла защиту. Три секунды. Три секунды чистого счастья и тепла — совесть ради такого временно перестала меня донимать. Всё равно нужно всё рассказать, но не портить же такой момент?

— Вот сейчас и проверим твою удачливость, — в ментальном пространстве звуки виртуальные, но всё равно голос у суккубы вдруг сел. — Кабуки. Уже совсем близко!

— Меняемся сейчас? — я приготовился перехватывать управление. Ради своих девушек прямо сейчас я бы горы пошёл пешком сворачивать.

— А как тогда мы поймём, правду он говорит или нет? — без всякого на то желания отказалась подруга. — Я стала сильнее. Куда сильнее, чем была прошлой весной. Я справлюсь.

Директора “Карасу Тенгу” можно было сравнить с ураганом. Ветер в лицо такой, что не то что дышать — стоять тяжело. И давил этот “ветер” не на тело, а непосредственно на сознание. Невероятная харизма, развитая одним из самых старых разумных на Земле за двести лет жизни, без усилий продавливала даже самых толстокожих собеседников.