— С тех пор, как мы начали переживать на тему Проводников, ага.

Габриэль подумал обо всех тех пожарах, о концентрированной ярости, что заставила его предполагать, что кто-то еще прятался в ночи, какой-то парень, который разделял с ним эту страсть к огню. Каждый пожар был своего рода праздником. Ничего не было искуснее этого.

Как и пентаграммы, эти пожары были сообщениями.

Он просто не мог их прочитать.

И уже больше не было времени стоять вот так в растерянности и думать об этом.

— Вы двое можете вытащить его оттуда?

— Нет!

Женский голос. Они все повернулись.

Из-за пылающего стеллажа вышла Калла Дин, и среди огня она явно чувствовала себя также комфортно, как и Габриэль.

— Оставьте его здесь.

Хантер опустил пистолет. В его голосе был шок.

— Калла?

— Ты выглядишь удивленным, — сказала она.

— Да, и он не единственный, кто удивлен, — добавил Габриэль.

Она протянула руку и подняла с ковра шарик огня, и позволила ему опуститься ей в ладонь, она направила в этот шарик энергию и подкармливала его так, пока он не начал крутиться спиралью в ее руке.

— Ты мне испортил все мои прекрасные пожары.

— Ты? — сказал Ник. Он посмотрел на Каллу, потом на Райана.

— Но…

— О, это он устроил все эти пожары. Я просто ему помогала. — Она сомкнула пальцы вокруг пламени, что она держала в ладони. — Первый пожар был случайным, я так думаю. Он и его дружки-идиоты валяли дурака около соседнего дома, они наливали бензин в водные пистолеты. Я просто отправила немного энергии туда, и все это местечко вспыхнуло, словно карточный домик.

Она щелкнула пальцами.

— Ему это понравилось. Это даже перешло в небольшую зависимость. Для всех нас, я полагаю.

И тут она скорчила мордашку, как тогда, когда брокколи показалась ей недостаточно соленой.

— Хотя он был словно заноза в заднице, потому-то все время ошивался поблизости.

— Ты убила пожарного, — сказал Хантер, его голос был натянут.

— Я никого не убивала, — отрезала она. — Он убивал.

— Но это ты управляла пожарами, — сказал Габриэль. — Там была твоя сила, я ее чувствовал…

— О, правда? — В ее глазах, отражаясь, сверкало яркое пламя. Она улыбнулась и уничтожила огонь в своей ладони.

— Докажи это.

— Ты приведешь сюда проводников, — сказал Ник. — Они и так наблюдают за местностью, но...

— В этом-то и суть, — сказала она, и пламя вокруг нее начало расти. — Мы хотим, чтобы они пришли. Собственно, для этого я и рисовала пентаграммы на домах.

— Это ты их рисовала? — удивился Габриэль. — Но зачем тебе надо, чтобы Проводники пришли сюда?

— Чтобы мы смогли уничтожить их. — Ее взгляд задержался на Хантере. — Я полагаю, ты в курсе о двоих последних, которых мы убили. Удобный сход лавины с горы, не правда ли?

Хантер поднял пистолет.

— Давай, вперед, — сказала она. — Пристрели меня. Мы хотим войны.

Он взвел курок.

И тут вода под высоким давлением сбила их с ног и полностью залила их.

И потушила весь огонь, что пылал вокруг них.

Во второй раз находиться в камере было проще.

Потому что в этот раз Габриэль делил камеру с Ником и Хантером.

Они сидели у задней стенки камеры, их одежда все еще была сырой после полива из пожарных шлангов. Габриэль мерз, но он не мог попросить своего брата согреть воздух. Ник выглядел изможденным, и казалось, что стена была как нельзя кстати, потому что помогала ему хотя бы сидеть прямо.

— Ты уверен, что с Лэйни будет все в порядке? — сказал Габриэль.