От Ледовского ощутимо повеяло угрозой, но полицейский капитан не стушевался.

— Честным людям обычно скрывать нечего, — как будто в пустоту произнёс он с ухмылкой. — А за забором обычно прячутся с камнем за пазухой.

— Что? — вскипел майор. — Вы кто такой вообще? По какому праву вы обвиняете моих подчинённых?

— Вас никто ни в чем не обвиняет, — постарался пресечь ссору в зародыше Эдик. — Мы расследуем убийство, произошедшее недалёко от вашей части, и просим вас оказать нам максимальное содействие. Вы же по какой-то причине отказываетесь помочь нам, что согласитесь, выглядит как минимум странно. Вы даже не успели услышать, что именно мы хотим попросить от вас и уже встретили такую бурную реакцию.

— Наш узел связи выполняет задачи государственной важности, — механическим голосом повторил Ледовский. — Мы подчиняемся напрямую министру обороны, и я не позволю проводить никаких полицейских расследований.

— Никто и не собирался ничего расследовать, — пожал плечами Эдик. — Я всего лишь попросил вас оказать содействие госбезопасности. Или наше ведомство для вас тоже пустой звук?

Майор посмотрел на Эдика тяжелым взглядом, как будто желая что-то высказать субтильному полковнику, но затем внезапно обратился ко мне.

— Извините, уважаемый, а вы полицейский или тоже сотрудник госбезопасности?

— А для вас это имеет какое- нибудь значение? — улыбнулся я как можно шире. — Или у вас четкие инструкции Министра обороны, с кем разговаривать можно, а с кем нет?

Стоящие возле шлагбаума контрактники недовольно зашумели, переговариваясь о чем-то вполголоса. Им явно не нравилось в каком тоне я разговариваю с их майором, но мне было абсолютно плевать на их реакцию. Я провоцировал Ледовского, но делал это намеренно. У меня болела голова и мне не нравилась эта воинская часть. Я хотел домой, а не плести словесные кружева с военными.

— Это мои люди, — зло ответил мне майор. — И я не позволю порочить их честное имя, особенно из-за какого-то загрызенного волками бродяги. Они носят погоны, и заслуживают уважения хотя бы за это.

В этот момент я услышал приближающийся шум автомобилей, а ещё через несколько секунд из-за поворота вылетела служебная тойота Эдика и чёрный микроавтобус. Выскочивший из машины водитель Эдика показался мне самым родным и замечательным человеком на свете. Сейчас меня отвезут домой, где в холодильнике ждёт холодное пиво и мягкая подушка.

— Я думаю, что у нас с вами ещё будет возможность продолжить беседу, — с милой улыбкой сказал Эдик, давая знак полицейским рассаживаться в микроавтобусе. — Хотя и очень жаль, что вы не захотели нам помочь.

— У нас с вами разные задачи, — не поддался на провокацию майор, а затем стремительно подошёл ко мне и взял за руку, не давая сесть в машину. — Уделите мне несколько минут?

Делать этого мне абсолютно не хотелось, но железная хватка показывала, что отказа Ледовский может и не признать.

— Вообще-то мы торопимся, — сделал я все-таки слабую попытку отвязаться от внимания к своей персоне, но, как и думал, из этого ничего не получилось.

— Ты кто? — теперь майор смотрел мне прямо в глаза, как будто пытаясь заглянуть куда-то внутрь меня. — Зачем ты пришёл ко мне?

— Я? — аккуратно, но вместе с тем твёрдо освободил я руку из захвата. — Меня зовут Андрей, Я человек и не люблю, когда убивают мне подобных. Что-то ещё?

— Ты не человек, — негромко ответил Ледовский, и мы оба знаем это, так что можешь не рассказывать мне сказки про человеколюбие.