— Сладких снов, — услышала я тихий шепот, и почувствовала, как мне в затылок уткнулись, равномерно засопев.

Ну да, в таком окружении сны должны быть исключительно сладкие… Мысленно хмыкнув, я поудобнее устроила голову на плече Шона, поймав себя на том, что неловкость куда-то незаметно улетучилась, пришла расслабленность, и я все-таки окончательно уснула, без всяких метаний и судорожных размышлений. Вот и отлично.

Утро началось рано для такой совы-засони, как я. В семь утра еще только рассвело, и даже несмотря на то, что вроде легла не поздно, все равно просыпаться было сложно. Особенно, когда тебя с двух сторон греют в уютном коконе из объятий… И вот так ненавязчиво, нежно целуют плечико… И массируют голову, запустив пальцы в мои кудри, да, да, и еще за ушком… Кажется, я была в шаге от того, чтобы обнаружить у себя орган, отвечающий за мурчание, открывать глаза совсем не хотелось. Чья-то ладонь медленно провела под одеялом по бедру, а над ухом раздался вкрадчивый голос, кажется, Росса — ага, значит, я сейчас на его плече лежала, — с отчетливыми нотками сожаления:

— Просыпайся, соня, пора вставать.

И вот словно знал, что я попытаюсь зарыться глубже в одеяло, категорически не желая выполнять настойчивую просьбу. Ну мне же хватит полчаса, чтобы собраться, на самом деле… Что-то промычав, я вяло отмахнулась, сознание еще пребывало в сладкой дреме, не торопясь просыпаться, но тут кто-то наглый сзади резко сдернул одеяло, и сразу стало холодно, а подушка начала уходить из-под головы.

— Ну эй… — сердито отозвалась я, попробовала поймать одеяло, не получилось, и пришлось таки поднимать свою тушку, обиженно сопя и ежась от утренней прохлады — в приоткрытое окно долетал свежий сквознячок. — Я, между прочим, быстро собираюсь, — проворчала, обхватив себя руками, и не удержалась, добавила. — И вообще, что за варварские методы побудки.

— Сначала ты умоешься и оденешься, а потом уже я буду тебя целовать, — назидательно произнес Росс, указав на меня пальцем.

Он выглядел забавно в одних трусах и с собственной одеждой в другой руке, еще и со строгим лицом и глазами, в которых плясали смешинки. Мой взгляд невольно задержался на рельефных бицепсах, мускулистой груди и вожделенных кубиках, полученных вовсе не принятием протеиновых коктейлей. Засмотревшись, я не сразу поняла смысл его слов, и у меня вырвался удивленный возглас:

— Почему?

Только ответил не он, а оказавшийся за спиной Шон, чьи руки обвили мою талию, и слегка колючий подбородок уперся в ямку между шеей и плечом.

— Потому что в противном случае, поцелуями он не ограничится, — мурлыкнул младший Рейли, и его губы коснулись чувствительной кожи под ухом. — По крайней мере, я бы точно не ограничился.

Так, кажется, в этой комнате только одна я смущаюсь, а кое-кто вполне уже привык и не испытывает неудобства, что нас тут трое. Стараясь не обращать внимания на шустрые мурашки, разбежавшиеся от прикосновения Шона, я настойчиво выбралась из его рук, соскочила с кровати и подняла с пола халат, поспешно завернувшись в него. Все-таки, находиться в одних трусиках под одинаково внимательными взглядами аж двух мужчин лично для меня далеко не так привычно, как, возможно им глазеть на мою скромную персону вдвоем.