— А чего же желает ваша тетя?

Гардения не ответила. Ей вдруг вспомнились тетины слова: «Сегодня на чай к нам может прийти лорд Харткорт. Он очень порядочный, серьезный и богатый человек. Ни разу не слышала, чтобы о нем говорили как об участнике какого бы то ни было скандала. Постарайся держаться с ним учтиво и доброжелательно. Это очень важно».

— Вы не ответили, — напомнил лорд Харткорт. — Чего же хочет ваша тетя?

— Мне кажется… — Гардения на мгновение замолчала, не зная, как ей быть. Лгать она не умела, да и не видела в этом смысла. — Мне кажется, тете хочется, чтобы я скорее подружилась с вами, чем с вашим кузеном.

— Ах вот оно что! — Лорд Харткорт резким движением выбросил недокуренную сигару в сад. — Давайте все сразу выясним: я не играю в подобные игры, вам понятно?

Он решительными шагами удалился с балкона, оставив Гардению одну.

Она долго смотрела ему вслед, ничего не понимая, терзаясь мыслью, что ей не следовало быть с ним настолько правдивой. Он ушел, не сказав ни слова на прощание, поступив ужасно грубо.

Невыносимое чувство одиночества сковало ее сердце. Ей стало очень страшно, к глазам подступили горячие слезы.

Лорд Харткорт вышел в холл и попросил подогнать автомобиль.

«Какая нелепая ситуация, — подумал он. — Итак, герцогиня намеревается выбрать для своей племянницы покровителя.

Но почему ее выбор пал именно на меня? Конечно, для такой очаровашки, как Гардения, она может найти кого-то получше, чем Берти. С другой стороны, почему бы ей не попытаться подыскать для нее человека, вращающегося в приличных кругах? Раз уж эта девочка действительно чиста и непорочна…

Или ее светлость задумала просто продать свое сокровище, причем подороже?»

Болтали, будто у герцогини масса благодетелей. Уступить одного из них племяннице она, по всей видимости, не собиралась. Однако не пожалела денег на покупку для нее роскошных нарядов.

— Я сам сяду за руль, — сказал лорд Харткорт, когда его машину подкатили прямо к дому.

Шофер учтиво приподнял фуражку и зашагал прочь.

Лорд Харткорт чувствовал, что ему необходим свежий воздух. Изобилие ароматов в главной гостиной Лили де Мабийон до сих пор преследовало, и ему хотелось как можно скорее от него избавиться.

Мысль о молодой Гардении, которую пытались втолкнуть в его объятия, вызывала в нем отвращение.

«Бедное создание, — размышлял он. — Теперь, когда я поговорил с ней на чистоту, она расскажет обо всем тетке. А та примется искать для нее кого-то другого… Интересно, не барон ли затеял эту грязную игру?»

Барона лорд Харткорт не выносил. Но периодически был вынужден сталкиваться с ним по делам дипломатической службы. Этого человека отличали хвастовство и жестокость, а еще он с невероятной небрежностью относился к представительницам слабого пола. Что могла найти в нем хотя бы одна из них, пусть даже настолько деклассированная, как герцогиня де Мабийон, лорд Харткорт был не в состоянии понять.

Он ехал и раздумывал над тем, что против своей воли стал участником невообразимо странной истории. Ему вспоминалась Гардения — то до смерти перепуганная выходкой Андрэ, то слабая и беспомощная на диване в библиотеке, куда он отнес ее на руках, то в белом платье с бриллиантами…

Было что-то непостижимое в ее больших серых глазах, в аккуратном личике, озаренном внутренним сиянием. Казалось, все, что бы она ни сказала, непременно правда.

«Все это просто смешно, — твердо сказал себе лорд Харткорт. — Эта девица, даже если и впрямь чертовски наивна, давно поняла, кто такая ее тетка. А также то, что ни одна порядочная женщина не переступает порога дома Мабийон.