Учитывая, что его ученица впервые появилась в обществе, виконт не мог допустить таких вольностей. Даже старый друг семьи не должен был заявлять на нее свои права. События разворачивались слишком быстро, поэтому Адриан сделал шаг вперед, чтобы увести Линет.

Но его снова опередили, и на этот раз его тетушка. Баронесса прошла впереди Адриана и, откровенно заигрывая, улыбнулась графу Сонгширскому.

– Милорд, – ласково произнесла она, – как чудесно, что мы встретились сегодня.

– Агата! – воскликнул граф. – Боже мой, Адриан, вы окружены красавицами. – И он склонился над рукой баронессы.

Тетушка покраснела, как школьница, но ее речь по-прежнему была певучей и ровной. Почти соблазнительной.

– Я получила ваше письмо с соболезнованиями по поводу кончины Горация. Вы даже не представляете себе, как много оно для меня значило.

– А теперь вы все вместе. Вместе с вашим племянником. – Граф обвел взглядом всех троих.

Виконт почувствовал, как тетушка напряглась.

– Адриан был очень добр ко мне, старой тетке.

– Ну, какой же старой, – машинально откликнулся граф, хотя его взгляд был прикован к Линет.

Вдруг их беседу прервал чей-то нетерпеливый возглас.

– Господи! Вот ты где! Мы уже начали беспокоиться.

Все повернулись и увидели дочь графа, привлекательную и очень богатую леди Карен. Она бесцеремонно втерлась между ними и взяла отца под руку.

– Идем, идем же, – капризно произнесла она. – Водевиль уже начался.

– Я приду через минуту, – ответил граф, нежно похлопав дочь по руке. – Я просто встретил старых друзей.

Молодая женщина смерила их холодным взглядом и презрительно скривилась. Для нее, как и для многих светских дам, не было секретом, что семья Марлока занимается сводничеством, зарабатывая на этом деньги. Женщины поняли это даже раньше, чем мужчины. Леди Карен потянула отца за руку.

– Идем, папа. Джеффри беспокоится за тебя.

Она повернулась к ним спиной, демонстрируя полное неуважение. Этого следовало ожидать, и Адриан не позволил себе расстраиваться по этому поводу. Однако Томас Киркли чувствовал себя неловко. К сожалению, он не мог сопротивляться леди Карен, которая продолжала тащить его прочь. Он виновато посмотрел на своих собеседников и поклонился со всей учтивостью. Его дочь по-прежнему тянула его за руку, и он даже споткнулся. Вскоре они растворились в толпе.

Марлок не шелохнулся; он хотел увидеть реакцию Линет. Тетушка, стоявшая справа от него, тихо выругалась. Для нее и Адриана такие сцены стали привычными, поэтому его беспокоила только Линет.

Это было важной частью ее первого вечера. Когда Линет появилась вместе с ним в своем полупрозрачном платье, она в глазах всех и каждого превратилась в девушку Марлока. До конца жизни ей придется мириться с подобным обхождением. Для нее очень важно сразу научиться справляться с подобными ситуациями.

Виконт взял Линет за руку и бережно повел в ложу. Он видел, что она лишь теперь начинает понимать, что произошло. Будучи дочерью священника, Линет знала только самое обходительное обращение. Первый раз в жизни она испытала на себе пренебрежительное отношение, причем не прикрытое, а демонстративное, с явной целью уязвить ее самолюбие.

И все же она не выглядела огорченной. Всего лишь, смирившейся.

– Линет...

– Мы с ней вместе играли в куклы. Он остановился.

– Прошу прощения, что вы сказали?

– Леди Карен и я. Когда ее мать приходила в нашу церковь, она всегда оставалась после службы, чтобы поговорить с моим отцом. Тогда Карен и я играли в куклы.

Он не хотел слушать этого, однако знал, что ей нужно закончить свою мысль и выразить ее вслух.