Крис постаралась почувствовать удовольствие от того, как нежно он целовал ее шею. Он был красивый мужчина, от него исходил приятный запах, в нем не было ничего отталкивающего — за исключением того, что он пренебрег традиционным ухаживанием. Она чувствовала, что засыпает под его поцелуями. Словно в подтверждение этого она подавила зевоту.

— Пожалуйста, Эшер, не торопите события. Я… я еще не уверена в себе. Я только что испытала нечто ужасное с одним мужчиной и не чувствую в себе силы довериться кому-нибудь. Пожалуйста, поймите меня.

Эшер отодвинулся от нее, и, поймав его взгляд, Крис почувствовала вину. Она ненавидела лгать по какой бы то ни было причине, а особенно ей было противно лгать Эшеру, который был так добр с ней.

Прескотт отошел назад:

— Хорошо, но я не откажусь от своих попыток.

— Надеюсь, вы не будете настаивать, — сказала она с улыбкой. В комнате не было ширмы, поэтому она открыла дверцу шкафа и разделась за ней, прекрасно сознавая, что Эшер лежит на кровати и наблюдает за ней. Это заставляло ее нервничать и немного пугало, но не пробудило в ней желания забраться с ним в постель. Она стала представлять, что бы она чувствовала, если бы на кровати, закинув руки за голову, в расстегнутой рубашке лежал Тайнан и ждал ее. Даже мысль об этом заставляла ее гореть.

Она несколько раз глубоко вздохнула, прежде чем вышла из-за дверцы. Эшер был одет в длинную ночную рубашку и наблюдал за ней, как кошка за мышью. Спокойно пожелав ему спокойной, ночи, Крис задула подсвечник и легла на маленькую кушетку. Она была жесткой и неудобной, но из двух зол это было меньшее.

На следующее утро она проснулась оттого, что Эшер целовал ей лицо и шею. На какое-то мгновение она почувствовала наслаждение, но потом вспомнила кто это.

— Бога ради! — сказала она, отталкивая его. — Мистер Прескотт, вы должны контролировать себя. Я не смогу выносить такое, если это будет происходить каждую минуту.

— Я же сказал, что собираюсь заставить вас полюбить меня.

— И вы думаете, что можете достичь это подобным способом? Приставая ко мне при всякой возможности?

Эшер встал. Поверх рубашки он надел халат, волосы всклокочены после сна.

— Именно так называет это ваш бандит — приставать. — Он отвернулся. — Что ж, сегодня вам не придется терпеть мое общество, потому что ваш кузен попросил меня съездить в город, чтобы привезти кое-какие продукты. Знаете, Крис, я думаю, этот человек планирует извлечь максимальную выгоду от нашего пребывания здесь.

— А что в этом плохого? — спросила она, надевая халат под одеялом. — Мы просим его помочь нам. Самое малое, чем мы можем отблагодарить его, — это помочь ему.

— Вы помогаете в саду со своим висельником, а я исчезаю с места действия. Это должно вас устраивать.

— Он не мой. Я его сюда не звала и предложила свою помощь по саду до того, как узнала, что он нанялся садовником. Вам не в чем меня обвинить. Неужели мы не можем вести обыкновенный разговор? Вы то просите меня выйти за вас замуж, то обвиняете в привязанности к другому мужчине.

Эшер ничего не ответил и начал одеваться за дверцей шкафа. Крис не знала, делал ли он это из скромности или чтобы пощадить ее нежные чувства. Она подумала, что слишком усердствует, критикуя каждый его поступок. Одевшись, он вышел из комнаты.