Итак, после гибели Горана в Игре остались лишь два участника — Таня и Эндрю.

Или все-таки три?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Поэтому добродетельный является учителем недоброго, а недобрый — материалом, на котором учится добродетельный.

Ноябрь. Тайвань

Дэвид Чен обнял друга за плечи.

— Ты заработался, Эндрю. Мы тебя совсем не видим. Второй раз встречаемся после твоего приезда на Тайвань. Что случилось?

Они сидели на бархатном диване с бокалами в руках в гостиной большого пентхауса с видом на реку, который занимала семья Чена. Дети уже легли спать, а жена Дэвида пошла к соседям поболтать, обсудить подготовку к праздникам.

Эндрю слабо улыбнулся:

— Придет время, Дэвид, и я все расскажу. А пока у меня к тебе две просьбы.

— Давай говори.

— Первая простая. Мне надо открыть счет в твоем банке и провести через него транзитом крупную сумму.

— Нет проблем.

— Вторая сложнее. Есть на Тайване один человек, с которым я хотел бы встретиться. Может, ты или кто-либо из твоих знакомых знает, как с ним связаться.

— Конечно. На нашем острове я знаю почти всех значительных людей. Кто он?

— Хью Ли.

Дэвид поперхнулся виски. Достал платок, откашлялся и тревожно посмотрел на Эндрю.

— Зря ты в это ввязываешься. Не надо играть с огнем.

— Но ты с ним знаком?

— Нет! — отрезал Дэвид. — И не собираюсь. От таких людей лучше держаться подальше.

— Почему?

Дэвид помрачнел.

— Потому что Хью Ли — глава тайваньской триады. Очень опасный человек. О его жестокости ходят легенды.

— Откуда он появился?

Дэвид понизил голос:

— До прихода к власти коммунистов он орудовал в Южном Китае. Вместе с братом верховодил в преступном мире в Гуанчжоу. Там были и наркотики, и проституция, и продажа людей в рабство, и игорный бизнес, и еще много чего. Они двое фактически правили городом. Когда же в Китае стал верховодить председатель Мао, Хью Ли сбежал и пристроился на Тайване. А вот брату не повезло. — Дэвид подлил им еще виски. — Его арестовали, и, насколько мне известно, он до сих пор сидит где-то в тюрьме в Китае. Хью Ли же за короткое время создал на Тайване мощное отделение триады. В основном контролирует игорный бизнес и проституцию. А также занимается контрабандой в Китай разных товаров и наркотиков. И до сих пор уцелел, потому что очень мудрый.

— Мудрый?

— Не то слово, — усмехнулся Дэвид. — Он приручил тут почти всех. Кого не удалось запугать, купил. Поэтому полиция ничего не может с ним сделать. К Хью Ли на Тайване не подступишься. У него много влиятельных защитников. Стоит полиции завести дело, как оно сразу разваливается. Свидетели умирают, улики исчезают, присяжных подкупают, а он сидит как ни в чем не бывало, притаившись в тени, как крокодил. Высматривает добычу. Одно время нацелился на наш банк. Мы переполошились, но у президента банка есть родственник на самом верху, так что Хью Ли не захотел связываться. Я же говорю, он очень мудрый.

— Но если так, почему не вызволит брата из тюрьмы? — спросил Эндрю. — Не хочет?

— Как не хочет? Говорят, он до сих пор мучается этим. Ты же знаешь, насколько важны для китайцев родственные связи. А Хью Ли, несмотря на свое богатство и влияние, не способен вытащить брата на свободу. Это же позор. Добраться до Китая у него оказались руки коротки. Да и вообще, возможно, его брат уже умер.