Глаза Тани расширились.

— Правда?

— Да. Дело в том, что Рекс тогда поднял крик у Магистра, чтобы проверить нас. Выяснить, знаем ли мы что-нибудь из того, что знает он. Я это сразу сообразил и начал следить за ним. Вот почему мне пришлось покинуть тебя в тот вечер. На следующее утро Рекс отправился на материк и кружным путем добрался до Эрриса, где снял номер в маленьком отеле. Постель и завтрак. Место совсем не в его стиле. Рекс просидел там до вечера, а потом отправился пешком в ресторан. Догадайся, с кем он ужинал?..

— С Гораном?

— Именно, с нашим славным Гораном. Видимо, они договорились встретиться сразу после ужина у Магистра. Я видел их. Но слышать, о чем они говорили, конечно, не мог. Ясно, что-то замышляли. Вскоре Рекс ушел.

— И погиб.

— Да.

— И что потом?

— Да, в общем, ничего. После поминальной службы в часовне я спросил Горана, не знает ли он, где находился Рекс накануне гибели. Тот ответил, что этого не знает никто. Наверное, в тот момент у меня был странный вид, я чем-то выдал себя. Горан теперь знает, что я видел их тогда вместе. Он ведь очень проницательный.

— Что все это значит? — Таня помрачнела.

— Понятия не имею. — Себастьен допил кофе. — Невозможно сложить пазл, когда у тебя всего несколько элементов. Китайская шкатулка-головоломка. Игра. Четыре ее участника живы. И один мертв.

Здание Бостонской библиотеки было построено в начале девятнадцатого века и с тех пор не реконструировалось. Здесь все оставалось как прежде. Зал периодики представлял собой просторное помещение с высоким сводчатым потолком, обшитым деревянными панелями. Двухэтажный. Везде серые металлические стеллажи с подшивками газет и журналов в красных картонных обложках разных размеров. На столиках стояли несколько аппаратов для чтения микрофильмов. Себастьен удивился, увидев, что почти все места за рабочими столами заняты. Он с интересом разглядывал посетителей. Пара-тройка школьников готовились к занятиям, ученого вида люди с бородами сосредоточенно делали выписки, но большинство составляли немолодые граждане, которых оптимистически именуют временными безработными. Эти коротали время в тепле, подремывали, лениво почитывали журналы тридцатилетней давности. Очевидно, дожидались наступления пенсионного возраста.

Таня с Себастьеном поднялись по шаткой металлической лестнице на второй этаж. Тут, в самом конце, забаррикадированная стеллажами, находилась стойка, место дежурного по залу. Рядом доска с вырезками из газет и объявлениями. За стойкой сидела девушка лет двадцати. Бледно-оранжевый комбинезон, в носу и губе пирсинг, во рту жвачка, все как положено. Усердие не являлось сильной стороной ее натуры, поскольку она продолжала читать глянцевый журнал, не обращая на их появление внимания.

Себастьен понаблюдал, как она сосредоточенно двигает челюстями, и вежливо произнес:

— Вы не могли бы нам помочь?

— Нет! — бросила девушка, не отрываясь от чтения.

Себастьен сжал губы. «Ах ты дрянь!» Ничего не скажешь, выбрала профессию по душе. С ее способностью долгое время не менять позы она вполне годилась в шлюхи. Но там необходимо быть активной и любезной с клиентами. Так что только за этой стойкой, огрызаясь на посетителей, она чувствует себя комфортно.

— Я к вам обращаюсь. — Себастьен нажал кнопку звонка на ее столе.

— У меня перерыв на ленч. — Дежурная по залу кивнула в сторону часов на стене, которые показывали десять тридцать. Причем в любое время суток последние два года.