– Кто этот темноволосый человек рядом с миссис Перкинс? – спросила она.

Северн оглянулся, отыскивая взглядом заинтересовавшего ее мужчину.

– Нет, этот не из нашего круга. Бегает, как собачонка, с различными поручениями. У него хорошие манеры, но ни гроша в кармане. Без сомнения, он окрутит какую-нибудь провинциалку с приданым, но ты, как я полагаю, можешь выбрать нечто получше.

– Как его зовут, Эдуарде?

– Мальверн. Аллан Мальверн, если не ошибаюсь. У него какие-то родственные связи с Беафортом. Надеюсь, ты не собираешься тратить время на этого господина?

На следующий танец Северн пригласил мисс Макинтош, а Хелена танцевала с герцогом Рутледжем.

– Я слышал, вы недавно прибыли из Испании, – сказал герцог. Хелена подтвердила это и подверглась пространным обсуждениям Рутледжа достоинств хереса.

В герцоге было что-то снисходительное, так не понравившееся Хелене. Его высокомерие предполагало, что он оказал ей честь, пригласив на танец. Рутледж был умен и рассудителен, но совершенно не романтичен. Мог бы пожертвовать минутой своих высказываний и сделать ей какой-нибудь комплимент.

– Вы всегда так рассудительны на балах, ваша светлость? – спросила Хелена, когда он кончил наконец задавать вопросы.

Герцог уже успел оценить Хелену. Она прошла его критерий приемлемости.

– Каким глупцом вы, должно быть, считаете меня! Я танцую с самой очаровательной леди и засыпаю ее вопросами о выращивании винограда! Не часто приходится встречаться с уроженцами Джерезе. Говорят, что сочетание почвы и сорта винограда при-дает хересу из Джереза его уникальный вкус.

– Для всех утонченных вин нужна особая почва и хороший сорт.

Герцог печально покачал головой:

– О, Боже! Опять я о вине. Но я постараюсь исправиться завтра, если, конечно, вы позволите мне нанести визит.

– Почту за честь, ваша светлость. Хелена ни на минуту не забывала о том, что ей надо отыскать миссис Петрел-Джоанз. Она не надеялась, что встретит ее на таком престижном приеме, как бал у миссис Перт. Она также чувствовала, что и герцог, скорей всего, не может ничего знать об этой даме, и не стала спрашивать его. Самым вероятным человеком мог оказаться лишь Мальверн. Он был немного старше и своим дерзким видом напоминал друзей Мойры.

Увидеться с ним оказалось непросто. Северн без конца подводил к ней партнеров из числа аристократической знати Англии.

После обеда объявили тур вальсов, и Хелена выскользнула в картежную комнату посмотреть, чем занимается Madrina, поскольку молодым девушкам не разрешалось вальсировать, пока они не получат позволения от патронесс Альмака. Не успев сделать и трех шагов, Хелена столкнулась с Мальверном.

Встреча была не случайной. Мальверн заметил, что Хелена интересуется им, и постоянно наблюдал за ней. Дождавшись за дверью, пока она выйдет из комнаты, он быстро выступил вперед, как бы случайно столкнувшись с ней.

– О, прошу прощения! Мне очень жаль, я так неуклюж! – сказал он, поддерживая пошатнувшуюся Хелену. Затем посмотрел ей в глаза, и широкая улыбка, какую редко встретишь в Англии, осветила его черты. – И, конечно же, я продемонстрировал свою неловкость перед самой хорошенькой леди в Лондоне. Судьба насмехается надо мной, клянусь.

Его ладонь немного задержалась на ее руке. Мальверн возвышался над Хеленой на добрых шесть дюймов. Его камзол, черный, конечно же, и прекрасно скроенный, сидел как влитой на широких, прямых плечах. Волосы у него были блестящие и черные, как смоль. Хелена не могла отыскать на его лице ни единого изъяна, кроме, возможно, чересчур хитрой улыбки.