Было очевидно, что Габриэль хочет сделать ее своей любовницей. Она не могла отрицать, что они оба стремились к физической близости, но если ею двигала любовь, то им, ей казалось, руководила похоть, желание обладать ее телом, не более. Любая другая женщина точно так же могла бы удовлетворить его. От этой мысли ей стало больно. Если так будет продолжаться, думала Мария, она со временем возненавидит его именно за ту страсть, которую его прикосновения разжигают в ней, за чувства стыда и отвращения, которые она испытывает от того, что не может противостоять ему. С этими мрачными мыслями она начала одеваться к ужину.

Вечер был такой чудесный, что Мария забыла обо всех своих печалях. Зевс оказался очень веселым парнем, и Габриэль ни в чем не уступал ему. Смех и шутки не смолкали весь вечер. Встречаясь глазами с Габриэлем, Мария чувствовала, как замирает сердце, и вспоминала, что произошло между ними днем. Она ждала конца вечера в надежде, что это повторится снова.

Ужин закончился довольно поздно. Женщины ушли первыми, оставив мужчин беседовать за бутылкой французского коньяка. Мария долго лежала без сна, размышляя о том, что происходит в ее душе. Раздавшиеся за дверью шаги, заставили ее вздрогнуть. С волнением и разочарованием она услышала, как открылась и закрылась дверь в комнату Габриэля. Привстав, Мария напряженно ловила каждый звук. Но проходили минуты, а в доме по-прежнему царила тишина, и она поняла, что он все-таки не придет.

Габриэль тоже лежал без сна. Он никогда раньше не задумывался, что испытывает женщина рядом с ним в постели. Он, несомненно, старался доставить ей удовольствие, но что остается у нее в душе после встречи с ним, мало интересовало его. Элизабет была, пожалуй, первой, мнением которой он хоть немного дорожил. Но с Марией все было иначе. Ему хотелось гораздо большего, чем просто физического удовлетворения.., ему хотелось, он отчетливо понял это, чтобы она полюбила его.

* * *

Строительство дома в Гавр дю Мер затягивалось, и визит Зевса и Пилар оказался весьма продолжительным. Мария и Габриэль развлекали гостей, как могли, а Зевс и Пилар старались не быть хозяевам в тягость. Это оказало благотворное влияние на напряженную обстановку в доме. Пилар очень сблизилась с миссис Сэттерли, и главной темой их бесед, которую они постоянно обсуждали, были взаимоотношения Марии и Габриэля.

— Хозяину давно пора жениться, — говорила миссис Сэттерли. — И я не могу вам передать, как мы обрадовались, когда в доме появилась мисс Мария. Они чудесная пара! А вражда с Дельгато — это все ерунда! Может быть, Мария и Дельгато, но она рождена, чтобы стать леди Ланкастер. — И, поговорив немного, женщины каждый раз сходились на том, что все дело в упрямстве обоих и что-то надо с этим делать.

И это что-то случилось. Никто даже не ожидал такого поворота событий. В тот день все четверо вернулись домой под вечер после пикника, устроенного в горах у водопада. Их встретил встревоженный мистер Сэттерли, в руках он сжимал смятый листок бумаги.

— Господин Габриэль, — сказал он, протягивая листок хозяину, — это принесли утром. Мне кажется, что важное послание. Я никогда раньше не видел человека, который принес письмо. Он сразу же ушел, успев, правда, сказать, что все это должно заинтересовать. Еще он сказал, что будет ждать ответа в Порт-Рояле в таверне “Белая лошадь”.

Мария взглянула на развернутый листок и вздрогнула. Она сразу узнала твердый, крупный почерк Диего. Что ему нужно от Габриэля?

Ей не пришлось долго ждать. Габриэль быстро прочел послание и, оторвав взгляд от бумаги, пристально посмотрел на Марию.

— Что случилось? — тревожно спросила она. Он, не отрываясь, смотрел на нее.