Соотношение сил оказалось просто катастрофическим. А между тем оно легко могло бы быть изменено в более благоприятную для республиканцев сторону. В течение предшествовавших месяцев испанскому правительству ценой величайших усилий удалось закупить в различных странах 500–600 самолетов, 30 быстроходных торпедных катеров, большое количество артиллерии и боеприпасов. Все это к началу битвы за Каталонию находилось по ту сторону франко-испанской границы. И как ни требовало республиканское правительство, Франция не отдавала этих грузов их законному владельцу, хотя британский план контроля все еще не был введен в действие.

Коммунистическая партия Франции внесла в военную комиссию палаты депутатов предложение о немедленном разрешении переброски в Каталонию военного имущества, принадлежащего Испанской республике. Случись это, весь ход битвы за Каталонию, а возможно, и судьба Испании обернулись бы совсем иначе. Однако правительство Даладье сознательно стремилось к тому, чтобы убить Испанскую республику, и потому наотрез отказалось открыть франко-испанскую границу.

Я не имею возможности подробно описывать все фазы и этапы битвы за Каталонию, проходившей в декабре 1938 – январе 1939 годов. Скажу лишь, что, несмотря на величайший героизм, проявленный не только армией, но и местным населением, фашисты все-таки шаг за шагом продвигались вперед. Появились массы беженцев. Нескончаемые толпы людей запрудили все дороги, идущие к северу, в сторону Франции. Старики, женщины, дети тащились пешком, ехали на осликах, в повозках, в легковых машинах, в грузовиках. Холодными январскими ночами они спали на голой земле, боясь разводить огонь, чтобы не привлечь внимания вражеских самолетов.

Чем дальше продвигались интервенты, тем гуще становились толпы беженцев. В каком-то неудержимом порыве люди поднялись с насиженных мест, чтобы не оказаться под игом фашистов. В конце концов все это огромное, взбудораженное полумиллионное человеческое море прихлынуло к французской границе и стало настойчиво стучаться в ворота Франции.

А боевые действия шли своим чередом. 26 января 1939 года пала Барселона, 5 февраля – Херона. В руках республиканцев оставался лишь маленький северо-восточный уголок Каталонии с городком Фигерас в центре. Сюда эвакуировались республиканское правительство и кортесы.

1 февраля 1939 года кортесами было принято решение о том, чтобы правительство начало мирные переговоры с Франко (а фактически с Германией и Италией) на базе следующих трех пунктов:

1. Эвакуация всех иностранцев, сражающихся на стороне Франко.

2. Свобода для испанского народа выбрать такую форму правления, какую он считает желательной.

3. Гарантия от всяких репрессий в отношении республиканцев.

Правительство просило Англию и Францию о посредничестве, но те не спешили с ответом. Еще бы! Чемберлен и Даладье с удовлетворением смотрели на дело своих рук и не хотели чем-либо мешать «естественному развитию событий».

В сложившейся обстановке для республиканской армии и огромной массы беженцев, скопившихся у французской границы, не оставалось ничего больше, как искать пристанище во Франции.

Еще 22 января испанский министр иностранных дел Альварес дель Вайо обратился к французскому министру иностранных дел Бонне с просьбой допустить испанских беженцев на французскую территорию, но Бонне категорически отказал. Это вызвало глубокое возмущение среди французской демократической общественности, особенно среди рабочих. Правительству Даладье пришлось пойти на уступки: граница была слегка приоткрыта, и через нее стали просачиваться небольшие ручейки испанских беженцев. На французскую сторону переправились также раненые бойцы испанской армии. Но 28 января французское правительство опять наглухо закрыло границу и даже вернуло в Каталонию всех раненых.