— Мой Николас!

Веселый и элегантный в своем легком тропическом костюме, он присоединился к небольшому торжеству.

— Я только что был у тебя дома и обнаружил, что твой слуга блаженно спит, а комнаты такие же убогие и безлюдные, как будто бы ты снова возвратился на эту проклятую дорогу. Сеньор… — он поклонился старшему, как оно следовало в соответствии с обычаем. — Инез… Клэр! Прошло уже две недели с тех пор, как я видел вас в последний раз, Клэр.

Было ли это преднамеренно, в особенности с ударением и раскатистым «эр», заставляя ее имя звучать как в одной из старых романских любовных песен?

— А точнее говоря, ровно двенадцать дней, но я узнавал все новости о вас от Инез, хотя сомневаюсь, чтобы вы проявляли подобный же интерес к моей особе. Вы должны рассказать мне о том, какие чувства вас обуревают. Вы уступаете ведь собственного опекуна его невесте.

Он был в отличном настроении. Стоя между Инез и сеньором Сарменто, он время от времени ловил взгляд Клэр. Он светился насмешкой и удивлением. Это раздражало ее, но это был какой-то холодный гнев, что позволяло ей временно оставаться сильной и беспечной.

Мужчины закурили; сеньор Сарменто зажег первую в этот день сигару. Николас заметил, что ему очень хотелось бы вернуться к работе.

— Это естественно, — согласился Мануэль, — но ты будешь приступать к работе постепенно. Не бродить туда-сюда по жаре и не доходить до точки кипения в этой своей полотняной конторе. Я понимаю, что ты снова начнешь торопить завершение контракта, хотя теперь уже по другой причине. Я все еще никак не могу понять, почему бы вам с Инез не пожениться сразу здесь же, на острове. У нас тут есть два священника и бракосочетание законно, где бы оно ни происходило.

Николас в замешательстве заерзал в кресле, оказавшись в центре внимания.

— Мы уже обговаривали эту возможность и решили несколько подождать.

Мануэль стряхнул пепел сигареты.

— Ты невероятный человек, Николас. Не считаешь ли ты, что эта свадьба может показаться для других слишком поспешной?

Николас усмехнулся.

— Ты считаешь, что с милым рай и в шалаше. Но я не считаю, что это так, и мне бы хотелось поначалу решить вопрос с домом, а Инез мечтает о бракосочетании в своей собственной церкви среди родственников и друзей. И мы пригласили тебя как истинного португальца.

Мануэль махнул рукой.

— Ладно, я не оставлю тебя в этот критический момент в твоей жизни. Ты почти что прав, рассуждая подобным образом. Но через неделю ты вполне будешь в полной форме, чтобы по крайней мере отпраздновать свою помолвку.

— Мы организуем коктейль, — проинформировала его Инез. — Вы приедете к нам со своими гостями из Кастело?

— Коктейль? — Мануэль наклонился к ней, полный любезности и очарования. — Небольшой прощальный вечер перед тем, как улететь на свадьбу вашего брата в Опорто? А может быть, вместо этого дать в вашу честь обед в Кастело? Мне доставит огромное удовольствие сделать это для вас. Мы пригласим всех ваших друзей на острове.

— Вы слишком добры, Мануэль.

— Вовсе нет. Ты согласен с моей идеей, Николас?

— Да, но я…

Мануэль рассмеялся и ударил ладонью по столу.

— Нет, я никогда не встречал более скромного человека. Вы должны научить его гордиться вами, Инез!

— Так же, как вы бы сами гордились своей невестой, Мануэль?

— Я бы не тратил на это много времени, — признался он.