С Долбером никто не решался заговорить. Он сердито снял с себя кольчугу, привесил к седлу шлем. Спустя немного времени его примеру последовали остальные.

— Куда теперь? — тихо спросил у Лёна Федька. — Пора домой?

Но сначала следовало заехать к дубу и забрать свои пожитки. Все уже приготовились к долгому пути, как вдруг сверху раздалось протяжное тонкое ржание и на землю, разбрасывая воздушные струи, опустились два лунных жеребца.

— Сияр! Вейко!

* * *

Волшебство ещё не кончилось. Два чудесных жеребца несли всех на восток. Лён уже понял, что их ожидает: встреча в замке Гонды. Но, он промолчал, чтобы не разрушить впечатления.

И вот засияли шпили башен над бурною рекой Шемангой. Снова, как однажды с Платоновой Наташей, кони трижды облетели прекрасную жемчужину на вершине неприступного утёса. Замок Зоряна — любовь волшебника Магируса.

Костик с Федюном как рты разинули, так до самой посадки и не закрывали! И снова были чудеса! Снова волшебный замок растворил двери перед гостями, снова их встречал заботой. И вот рыцари Константин и Фёдор увидали двух дивоярских магов — волшебника Магируса и валькирию Брунгильду. И теперь уже торжественно все трое, вместе с Долбером, были посвящены в рыцари Селембрис. Недалёкий Долбер, непригодный в деле волшебства, оказался рыцарем! Он с честью выдержал испытание, не бросив ни единого слова упрёка за свою обиду, и легко простил коварного Вещуна.

— Однажды ты найдёшь свою принцессу. — сказал ему у вечернего окна Лён. — И будешь королём. Слово дивоярца.

И тот поверил, а, если так, то слово сбудется.

Неделя радости, веселья, волшебства пролетела, словно сон. Они летали все вместе на волшебной лодке в город, гуляли на чудной ярмарке. Заходили в лавки, лакомились яствами в харчевнях. Были хороводы на ночной поляне у костра в чудесной деревеньке на Шеманге. Плели венки, шептали пожелания цветам, пускали плыть свои мечты по прибрежным струям. Летали на волшебных жеребцах, плавали в челнах по хрустальным водам, ловили рыбу, слушали ночные песни леса, смотрели в глаза звёздам.

Настал нелёгкий день прощания. Едва сдерживая слёзы, Константин спросил Волшебницу:

— Мы когда-нибудь сюда вернёмся?

И, глядя в необыкновенно синие глаза, ждал ответа, как приговора.

— Однажды ты вернёшься, рыцарь, и это будет навсегда. Ты не слышал сказку о Томасе Лермонте? Однажды будет день и ваша встреча с Серебристым Лунным Светом состоится. Однажды ты придёшь. Только это будет совсем нескоро. Пусть это смягчит твою печаль. Утешься, рыцарь.

Они уходили. Константин и Фёдор пожелали вернуться в свой мир не из замка Гонды — так было жалко огорчать прекрасную Зоряну! Они выбрали для этого зелёную гору. Их провожали все: волшебники, Вавила, Вещун и седой Гомоня. Стоя в лодке, селембрийцы медленно отплывали прочь.

Костян и Фёдор прилегли в душистую траву, а Лён сел между ними, как тогда, в самом начале этого путешествия в чудесную страну. Магирус бросил горсть жемчужного зелья для сладких снов. Мерцающая струя поплыла и нежно охватила всех троих.

Засыпая, Костя видел двух волшебников в их синих мантиях, кота Вавилу, Вещуна и седого филина Гомоню на плече Брунгильды. Всё было так чудесно, так чудесно. Прощай, Селембрис…

* * *

— Мадемуазель, позвольте в лапку чмокнуть! — увивался за вороной Кракой Вещий Ворон.

Какой кошмар! Он дико популярен у слабого пола! Вороны так и падали в его объятия!

— Опять хулиганьё плодить, Вещий Казанова?! — возмутился кот.

— Давай отпразднуем спасение моих потомков. — предложил в ответ нахальный ворон.