– А звонков, как не было, так и нет, – ворчливо крякнула с диванчика Маргоша, которая, пользуясь рекламной паузой, на минуту-другую отвлеклась от очередного «мыльного» бреда нашего современного «новорусского» кинематографа, чтобы достать из холодильника мороженое.

– Включи-ка лучше НТВ-шников, – посоветовала ей я, – в час дня должны быть новости.

Тяжело вздохнув, Маргоша щелкнула пультом и переключила программу. В 13.00 началась новостная передача «Сегодня». Краткое освещение событий неожиданно «дало» нам еще один взрыв. Очередной жертвой стал банкир, которого подорвали в его собственной машине. Маргоша, услышав, что «взрыв был направленным, и охрана не пострадала», необычайно оживилась:

– Слышишь, Ян? – опять такой же взрыв. Тот же почерк, что и на Минке!

Я кивнула головой и стала внимательно вслушиваться в то, что говорил диктор. Речь шла о том, что снова очевидцы видели какого-то черного мотоциклиста. Только теперь взрыв был прямо около дома банкира. План «Перехват» ничего не дал.

– Да, – сказала я, – Батон оказался необычайно прозорлив, – все еще только начинается.

… Прошло еще три жарких и душных дня, которые мы провели у телевизоров, в надежде узнать какие-либо подробности о взрыве банкира. Но журналисты жевали обычную жвачку: ругали власть, охали, ахали и переливали из пустого в порожнее первоначальные скупые сведения о «черном мотоциклисте», ухитрившись подмешать в «главную интригу» даже политическую предвыборную борьбу.

Отпустив несколько колкостей в адрес телевизионщиков и папарацци после выпуска вечерних новостей, мы начали собираться домой. Неожиданно в нашем беспросветном детективном туннеле замигал слабенький лучик надежды. Не успели мы выйти из офиса, как услышали телефонный звонок.

Маргоша крикнула:

– Не бери трубку. Наверное, ошиблись номером. Поехали уже домой. Ужасно есть хочется. Если кому-то действительно что-то от нас надо, перезвонят завтра.

Но я не послушалась и, вернувшись в комнату, схватила трубку.

– Добрый день. Это агентство «Два попугая»? – услышала я взволнованный женский голос.

– Да, – сказала я, – а в чем дело?

В трубке раздалось всхлипывание:

– Можно я подъеду к вам сейчас? Мне очень нужно.

– Сейчас? – переспросила я, – а не поздновато ли? Мы уже закрываемся, может быть, лучше завтра подъедете? Как говорится, «на свежую голову» и поговорим?

Но дрожащий голосок привел такие весомые аргументы, что отказаться у меня не хватило мужества:

– Я заплачу, сколько скажете, только разрешите подъехать к вам прямо сейчас. О вас очень хорошо отзывалась моя знакомая, которой вы в свое время помогли. Мне действительно очень нужно вас повидать.

– Ну, хорошо, – сказала я снисходительно, – пишите адрес.

– Я знаю, – ответил голосок из трубки и снова шмыгнул носом.

– Хорошо, приезжайте, мы подождем вас, – я положила телефонную трубку и задумчиво поглядела на Маргошу, которая необычайно оживилась и, казалось, даже забыла о еде:

– Батюшки, неужели клиент?! – обрадовано спросила она у меня, – и, увидев выражение моего лица, вновь вспылила, – или опять работать бесплатно будем? Только за еду?!

– Не знаю, – ответила я равнодушно, – женщина сказала, что хорошо заплатит, но кто знает, что в ее понимании «хорошо».

– А кто она такая? – стала допытываться Марго.