Среди автомобилистов поднялось необычайное волнение. Все тут же заняли свои места за рулем и включили моторы. Двигались мы очень медленно, поскольку приходилось объезжать место взрывов, и из четырех полос «сливаться» в одну. Но, как говаривал известный «разрушитель» коммунизма, «Процесс пошел». И уже минут через двадцать мы вырвались за кольцевую автодорогу.

Глава 3. Коршуново

В результате всех перипетий, происшедших с нами на выезде из Москвы, на дачу вместо десяти утра мы, измученные и ошалевшие от жары, приехали лишь в час дня.

Мой видавший виды «Жигуленок» раскалился до такого состояния, что на его крыше можно было бы запросто сделать омлет с сыром или разогреть пиццу. Было бы желание… и продукты!

В советско-российской машине кондиционер не предусмотрен…Как говорится, и так сойдет… Поэтому мы с Маргошей, подъехав к деревне «Коршуново», где жили безвылазно вот уже более двадцати лет мои пенсионеры-родители, были похожи на двух мокрых куриц. Во всяком случае, мне даже показалось, что Маргоша издает какие-то странные звуки, похожие на квохтанье этой домашней птицы, столь сильно подверженной в последний год всевозможным гриппозным состояниям.

Деревня «Коршуново» затаилась среди лугов, полей и лесов. Она – последняя в цепочке деревенек, за ней расположилась глухая многокилометровая чаща. Еще несколько лет назад «Коршуново» было одним из самых глухих местечек Подмосковья. Дороги туда от шоссе практически не было – сплошные тракторные колеи, и в любой дождь выбраться из деревни становилось абсолютно бесперспективным занятием.

Машины медленно ползли «на цепях»: водители прикрепляли какие-то здоровенные цепи на задние колеса, чтобы они хоть как-то крутились в густой, непролазной жиже. И частенько без помощи тракториста, бравшего на буксир застрявших за «поллитру», обойтись было просто невозможно.

К тому же неглубокая лесная речка-«переплюйка», окружавшая «Коршуново» со всех сторон, после дождей разливалась вширь, и машины, и так вынужденные переезжать ее каждый раз, буквально переплывали ее (благо, что тогда еще иномарок с компьютерами в России почти что не было).

Но зато и красота кругом была необыкновенная! Над деревней летали в большом количестве пернатые хищники, заливались жаворонки и соловьи, к домам, не боясь ничего и никого, подходили лоси, лисы, зайцы, а по ночам на деревенских картофельных полях, сыто похрюкивая, трапезничали кабаны.

Сейчас до первых домов «Коршуново» бежит-извивается асфальтовая дорога, а через речку-«переплюйку» проложен мост… Но цивилизация, принеся облегчение автомобилистам, погубила первозданную красоту природы. Лесные обитатели перестали посещать деревню, а грибы и ягоды практически исчезли… Но воздух по-прежнему свеж и чист. Или это нам так кажется по сравнению с московским смогом?

Открыв настежь окна машины, мы полной грудью вдыхали кислород и наслаждались запахами цветов и свежескошенной травы. Вдалеке уже маячила фигура отца, который, открыв ворота гаража, приветливо махал нам рукой. С трудом преодолев узкое пространство между воротами, я осторожно въехала в гараж. Это удалось мне не сразу, поскольку папа встал прямо перед машиной и попытался отрегулировать движение, загораживая собой въезд.

Когда я попросила папу немного отойти от машины, чтобы я могла беспрепятственно въехать в гараж, папа, как всегда, почему-то обиделся, махнул на меня рукой и, громко сказав «тьфу», удалился.

Обрадовавшись, что наконец, смогу запарковать машину, я влетела в ворота и, не рассчитав сил, задела передним бампером поставленную кем-то в гараж огромную жестяную бочку (слава богу, бочка была пустая, поэтому бампер лишь слегка помялся, а бочка угрюмо ухнула с бетонной плиты вниз).