– Верно, – согласилась Хонор, – но это, по моему мнению, для нашей ситуации не принципиально. Все определит исход короткой решительной схватки, в которой будет не до ремонтно-восстановительных работ.

– Лично я вижу ситуацию в менее радужных тонах, – замотал головой МакКеон. – Но, с другой стороны, Кэслет прав: чем-то рискнуть нам так или иначе придется. До каких пределов мы сможем уменьшить численность экипажей, Уорнер?

– Мы уже сократили каждый сотен на пять, – ответил Кэслет. – Если уменьшить расчеты энергетических установок до абсолютного минимума, необходимого, чтобы обеспечить ближний бой, и сделать то же самое с персоналом огневого контроля и бригадами обслуживания шлюпочных палуб... наберется еще триста-триста двадцать пять штатных единиц на каждый корабль. Дальнейшее сокращение невозможно, иначе «Полководец» утратит свои боевые качества.

– Значит пятьсот пятьдесят и триста двадцать пять, так? – спросила Хонор, и он кивнул. – Ладно, всего будет восемьсот семьдесят пять. Остается по тринадцать сотен на корабль.

– А по моим подсчетам, по тринадцать сотен с четвертью, – ухмыльнулся МакКеон. – С другой стороны, кто тут считает?

– Я, – твердо сказала она. – И это невежливо, привлекать внимание к тому, что у меня нелады с арифметикой.

– Внимание привлекла ты, не я, – невозмутимо ответил он, и Хонор прыснула.

Рассмеялись и присутствующие, даже те, кто, не зная ее и Алистера достаточно близко, недоумевали по поводу этой загадочной пикировки.

– Ладно, сдаюсь, – продолжила она через секунду. – Возьмем за основу твои цифры. Два корабля класса «Полководец» нуждаются в персонале общей численностью двадцать шесть с половиной сотен человек. Так?

– Пожалуй, что так, – согласился МакКеон с озорным огоньком в глазах.

Хонор улыбнулась ему и повернулась к Кэслету.

– А как с кораблями класса «Марс», Уорнер? Насколько мы сможем сократить их экипажи?

– Примерно в той же пропорции. То есть процентов на сорок.

– Ага, иными словами, по шестьсот человек с борта. Двадцать четыре сотни с четырех... Итого... – Она прищурилась на результаты своих подсчетов. – Итого пять тысяч пятьдесят человек, без учета «Вакханки» и «Морского Конька». А если с ними, то получится примерно шесть тысяч. Верно?

– Мне не нравится, когда людей на борту в обрез, – хмуро заявил МакКеон, – Но, наверное, Уорнер прав: если припечет, то мы выкрутимся и при таком недокомплекте. Во всяком случае, цифра в шесть тысяч звучит приемлемо... в данных обстоятельствах.

Рамирес и Бенсон коротко кивнули, Гонсальвес и Симмонс, помедлив, последовали их примеру. Гонсальвес выглядела наименее удовлетворенной, однако возражать не стала.

– Так вот, – продолжила Хонор, – в нашем распоряжении имеется примерно пять тысяч военнопленных с флотов Альянса, захваченных относительно недавно и имеющих, соответственно, вполне удовлетворительную подготовку. Еще тысяча восемьсот человек проходят переобучение на «Крашнарке» и «Вакханке». По моим подсчетам, это шесть тысяч восемьсот... даже немножко больше, чем необходимо.

– А что мы будем делать с другими кораблями? – спросила Бенсон и, когда все обернулись к ней, улыбнулась. – Я вот о чем: раз уж мы так уверены, что у нас все получится, давайте предположим, что эскорт окажется больше – и весь, целым и невредимым, попадет нам в руки. Не знаю, как вам, а мне было бы обидно не использовать эту добычу на всю катушку.