Быстро залез в архив системных сообщений, выводя перед собой лог крайнего поединка и передавая его распорядителю через касание руки. Естественно, предварительно удалив оттуда некоторые строки, связанные с активацией собственных умений.

— Смотрите внимательно, что можно принимать в качестве жалоб, а не ссылаться на галлюцинации "уважаемых" людей, которые, по моему мнению, и вовсе не заслуживают какого‑либо уважения, раз говорят такие глупости.

— Почему же вы не подали своей жалобы? — неожиданно спросил он удивлённым тоном.

— А зачем? — теперь в моём голосе проявились нотки едкого сарказма. — Благородное оружие в умелых руках оказывается выше любой подлой магии. Мне ли это говорить главному распорядителю турнира с громким названием "Честное Оружие"? — с этими словами протянул ему для попытки опознания свой меч в качестве своеобразного жеста доброй воли.

Распорядитель имел хорошо прокаченное "распознавание", но и ему потребовалось несколько попыток, дабы узнать его реальные характеристики. Нынешние требования "эпического" меча к "силе" владельца в сто единиц и к его "подвижности" в девяносто восемь говорили сами за себя. Магов с такими физическими статами официально не встречается, а если зайдёт разговор об одержимости, то у меня вполне найдётся, чем можно крепко стукнуть по его аргументации. Но распорядитель и сам вовремя почувствовал под ногами тонкий лёд, решив пойти на попятную:

— Думаю, выдвинутые против вас обвинения абсолютно беспочвенны, — заявил он, хотя ноток довольства в его голосе явно не чувствовалось, скорее — наоборот. — Сейчас вас посетит мой заместитель, дабы уладить некоторые финансовые вопросы, связанные с сегодняшними событиями.

Засим важный гость пожелал откланяться и быстро покинул меленькую келью. Но уже через пять минут меня побеспокоили вновь. В этот раз явился не игрок, а непись. Типа такой тонкий намёк — многого выторговать у него не удастся — проще сразу соглашаться со всем, что предлагают. Но я‑то хорошо помню о некой девчонке, сумевшей получить в "детском саду" редчайший талант "общение".

— Первым делом у нас идёт закрытие вопроса зрительских симпатий, — начал разговор зам главного распорядителя по финансовой части, после того, как я указал ему присаживаться на лежанку рядом с собой. — Поздравляю, некоторые ваши победные бои понравились зрителям, и они решили вас отблагодарить, отдавая дань старой турнирной традиции осыпания победителя монетами. Смею заверить — у вас появились многочисленные почитатели, и завтра вы можете ещё не один раз порадовать их. Итак, за вычетом десятой части обязательных городских сборов вам причитается две тысячи двести сорок три золотых и тридцать семь тысяч пятьсот двадцать монет серебра. Забирайте свои деньги, — он протянул мне свою руку для проведения платежа.

Отметив, что озвученные сумы благополучно упали в мой инвентарь, задал второму гостю вполне ожидаемый им вопрос:

— Это ведь не единственный вопрос, ради которого вы сейчас пришли ко мне?

— Да, — спокойно ответил тот. — Ещё нам предстоит уладить трофейный вопрос, образовавшийся в результате форс — мажорного случая в вашем первом поединке. Держите список вещей вашего соперника для выбора полагающегося памятного подарка.

Ещё одно касание руки и передо мной раскрывается большой лист текста. Стоит отдать должное организаторам турнира — описания представлены полные, а не только одни названия предметов, как я поначалу ожидал.