Но несмотря на все неясности, противоречия, разнобой в датах, сам по себе ход спайсовой драмы на Дюне, освобожденный из‑под завалов исторических и литературных вымыслов, предельно ясен и очевиден; человеческая алчность, глупость, религиозная вражда, любовь и ненависть выступают здесь в своих традиционных ролях, испытанных тысячелетиями, и в итоге последовательно, с неумолимой логикой приводят героев к неизбежной развязке.

Не сомневаюсь, найдутся люди, которые скажут: к чему ворошить заново старую историю? Мы все это читали, мы знаем!

Ничего вы не знаете.

Глава первая

Даже в самом незамысловатом рассказе порой очень трудно найти финальную точку; последствия человеческих деяний подобны кругам на воде – попробуй‑ка определи, какая из этих волн действительно последняя. Но в сто, в тысячу раз сложнее отыскать истинное начало событий – можно бесконечно блуждать по причинным цепям, отступая все дальше по оси времени, и все‑таки не добраться до того рубежа, где «ничего еще не началось». История Дюны не начинается со спайса, с него начинается Империя, но все же спайс – альфа и омега истории и Дюны, и Империи, и вместе со спайсом их история завершилась.

До того, как был спайс, никакого спайса не было. А что было?

Была война. Была всемирная космическая война, которой, как казалось, не будет конца. Человечество, расселившись по разным планетам, богатым и не очень, в какой‑то момент вдруг решило, что эти планеты с их богатствами поделены неправильно и что настало время все это переделить. Для этого известен лишь один способ, и этот способ называется война.

Воевали люди, воевали корабли, техника, роботы, авиация, но более всего – компьютеры, поднявшиеся в ту пору до высоты искусственного интеллекта. На них, собственно, все и держалось, и война компьютеров была самой ожесточенной. Главной задачей считалось разрушить компьютерные сети, компьютерные базы и компьютерную индустрию противника, потому что все остальное тогда развалится само собой. И вот, где‑то через восемь‑десять лет сражений, эта цель была в основном достигнута, причем всеми воюющими сторонами.

В военных действиях наступила некоторая заминка. Дело в том, что без электронных мозгов можно было обойтись во многих случаях, кроме одного – полетов в космосе. Без роботов можно было кое‑как продержаться, стрелять – до известной степени на глазок, но вот доставить военную технику и людей в некую заданную точку Вселенной без мощного компьютерного обеспечения – вещь решительно невозможная.

Эта проблема вполне могла бы и вообще положить конец войне, но тут Сатана как раз сшутил одну из своих самых мрачных шуток. На планете под названием Арракис, или попросту Дюна, было обнаружено вещество, которое, как считалось, будучи принято внутрь в определенной дозе и в определенных условиях у обычного человека обостряло интуицию до уровня сверхъестественности, а одаренного превращало в ясновидца. Это и был спайс, наркотик Дюны.

Влияние спайса или, по‑другому, меланжа на судьбы человечества было огромным, но первое применение ему нашли, как всегда, военные. Гнетущая нужда в компьютерах – дорогих, уязвимых и дьявольски сложных технологически – во многом отпала, и в области звездоплавания наступили ошеломляющие перемены: отныне любое корыто, оснащенное мало‑мальски пригодным двигателем, могло прибыть куда угодно и когда угодно без всякого риска и неисчислимых затрат на навигационное оборудование.