Как подчеркнул старый мистер Бишоп, это не был город людей, затонувший в одном из катаклизмов Земли, это был город, построенный на дне моря в незапамятную эпоху, построенный и населенный подводными существами — город глубоководных. И таким Й'ха-Нтхлеи оставался и сейчас!

— Но с какой целью вы... — начал было я наконец и нерешительно замялся. — Ну, то есть... Зачем здесь эти макеты?

Старик улыбнулся мне в своей странной манере, подняв вверх уголки слишком широкого рта.

— Простите? — прошептал он. — Вы хотите понять, с какой целью мы держим здесь макеты? Ответ прост: настоящий Р'льех находится в глубинах Тихого океана во многих тысячах миль отсюда, а Й'ха-Нтхлеи — далеко в Атлантике. Мы не можем получить в свое распоряжение настоящие города, так что...

— Затонувшие города и погибшие расы, — торопливо вмешался Семпл. — Это — хобби мистера Бишопа, Джон. Хобби, которое полностью его поглощает. Но пойдемте же, уже несут обед. Вы сможете вернуться сюда позже, если захотите.

Я поднялся на трясущихся ногах, не отводя взгляда от мистера Бишопа, который так и остался сидеть на месте. На миг он поднял взгляд, а потом вернулся к макетам, стоящим на столе. Он вытянул руку. Та дрожала. Осторожно прикоснулся он к каркасу третьего, последнего, макета, пока не завершенного, представляющего собой одни лишь миниатюрные фундаменты. Но когда я уже начал отворачиваться, до меня донесся его отчетливый шепот:

— Да, Джон Воллистер, вы можете удивляться. Но когда Аху-Й'хлоа будет завершен и когда вы собственными глазами сможете увидеть его сияющие башни, и храмы, и мириады его колонн, тогда...

Я снова повернулся было к нему, чтобы задать еще один вопрос, но Семпл ухватил меня за плечо и предостерегающе приложил палец к губам:

— Старик немного не в себе, — объяснил он, когда мы отошли туда, где Бишоп не мог нас услышать. — Это все возраст и болезнь, понимаете?

— Послушайте, Дэвид, — сказал я, когда мы через вращающуюся дверь вернулись обратно в столовую. — Здесь ужасно много такого, чего я не понимаю. Куча совпадений, которые кажутся не совсем...

— Джон! — раздался за моей спиной девичий голос — голос искренне обрадованный и переполненный удивлением, который мгновенно вытеснил у меня из головы все сомнения и вопросы. — Вот видите, разве я не говорила, что мы еще встретимся?

Я обернулся и увидел Сару Бишоп. Уголком глаза я заметил, как Семпл сделал ей какой-то знак, возможно, приветствовал на свой лад. Я почувствовал, что он рад ее внезапному появлению.

— Мы поговорим позже, Джон, — извинился он, и Сара повела меня к столу.

За столом уже сидели семь или восемь постояльцев или членов клуба, и я присоединился к ним вместе с Сарой без формального представления. Не желая показаться неотесанным и невоспитанным, я изо всех сил пытался отвести от них взгляд, но успел заметить, что все они скроены точно по одному образцу. Действительно, они казались членами одной семьи. За исключением Сары, Семпла и еще одного-двух, все выглядели отталкивающе пучеглазыми и чешуйчатыми, как будто были более молодыми копиями старого мистера Бишопа.

Я хотел завести разговор с Сарой, но как только мы сели, она заговорила с женщиной, сидевшей с другой стороны от нее. Я сосредоточился на превосходном салате из креветок, который запил бокалом терпкого желтого вина, после чего перешел к основному блюду из вареной рыбы с великолепным гарниром. Моя собственная порция была приготовлена лучше некуда. Однако я заметил, что все остальные за столом, за исключением Сары, ели частично или полностью сырые морепродукты!

Волна тошноты, которая противно шевелилась где-то в глубине моего желудка с того самого момента, когда я приехал сюда, в особенности после того, как я выпил стакан виски в комнате Семпла, внезапно накрыла меня.