– Ты ведь рано или поздно все равно уедешь! – набросилась она на него. – Ты всегда уезжаешь. Снова игры, а может, тебе предложат новую роль…

– Я не обязан сниматься во всех фильмах, сценарии которых мне присылают. И могу себе позволить удалиться от дел.

– Скоро тебе надоест… И ты захочешь…

– Клэр, не говори мне, чего я захочу или не захочу. Больше всего остального мне хочется стать хорошим отцом.

– Для того чтобы играть эту роль, тебе вовсе не обязательно на мне жениться.

– Предпочитаешь, чтобы мы воспитывали ребенка по очереди? Или ссорились из-за него? – вспылил он, представляя худший из возможных вариантов. – Имей в виду, я буду требовать опеки над ребенком. Ты мать, но это еще не дает тебе права одной решать, что лучше для него.

Клэр сжала кулаки.

– Ты не увезешь его… или ее… и не будешь таскать за собой по всей стране!

– Почему бы и нет? Возможно, для тебя Буэна-Виста центр мира, но ни один судья не согласится с тем, что ранчо в захолустье единственное подходящее место для ребенка. Если не хочешь стать моей женой…

– Хороший отец постарается обеспечить ребенку стабильное положение, – возразила она.

– Да. Но самое главное, чтобы ребенка любили и мать и отец. Чтобы ни один из родителей не пытался перетягивать его на свою сторону. Неужели ты собираешься так поступить со мной, Клэр? Вычеркнуть меня из своей и его жизни?

– Нет! – Она не могла оставаться на месте и в нетерпении зашагала по комнате, хотя руки ее снова скрестились на груди.

Фрэнк не делал попытки приблизиться к ней. Внутри у него все клокотало от ярости. Если она вообразила, что он просто устранится и предоставит ей одной воспитывать их ребенка, лучше ей сразу понять: так не будет.

Она наконец остановилась и смерила его испытующим взглядом.

– Ты говорил, что Буэна-Виста стала для тебя родным домом. Я хочу, чтобы поместье было домом и для нашего малыша.

– Так почему бы нам с тобой не создать семью? Какие у тебя возражения против замужества?

– Если я выйду за тебя, ты оставишь нашего сына или дочь со мной, когда тебе придется уезжать?

Фрэнк понимал: при его образе жизни в голову прежде всего приходит мысль о том, что он станет отцом на расстоянии. Да, его карьера, его профессия – это камень преткновения. По крайней мере, Клэр продолжает так считать, хотя и избавилась от части предрассудков в отношении его. То, что она предлагает, ему определенно не по душе.

– Да, мне приходится часто разъезжать по разным городам. И мне бы хотелось, чтобы моя семья была со мной.

– Нет! – Щеки ее снова запылали. – Я ни за что не сравнюсь с… – Она прикусила язык, но глаза выдавали настоящую бурю эмоций.

– С кем?

– С женщинами, которые тебя обычно окружают, – выпалила она. Она ненавидела себя за то, что пришлось это сказать, однако понимала, что и держать это в себе она больше не может.

Фрэнк покачал головой. Самое нелепое то, что Клэр единственная женщина, которую он хотел бы видеть рядом с собой. Он не сразу понял: Клэр не уверена в себе, она боится. Вот почему она хочет, чтобы ребенок оставался с ней здесь, в единственном месте в мире, где она чувствует себя в безопасности.

– Тебе не придется ни с кем сравниваться, – мягко сказал он. Ему захотелось подойти к ней и вытереть ее слезы.

Она по-прежнему излучала недоверие.

Фрэнк раскинул руки, словно приглашая ее в объятия.