|
По крайней мере, на остров в кандидаты они не попадали, собственно, как и среди учеников не числились. Пока я лежал в местном аналоге больнички после экспериментального лечения под присмотром фанатичного шакала в образе главного лекаре, мне то и дело подселяли на время парней из последнего набора, для чистоты эксперимента, так сказать, которые и говорили о том, что если родиться ублюдком, то только таким. Воспитываться вместе с кланом, а не быть игрушкой у маньяков, таких, каким, например, был Ичесси. Складывалось ощущение, что из последнего руководителя местной школы специально делали какого-то злодея, и эту простую истину вкладывали в расшатанные умы местному населению. Зато вот Михо-сан начал пользоваться большей популярностью и уважением. Чего не сделаешь ради карьеры. И покойного помоями обольешь, ну, или правду про него расскажешь, если это будет тебе на руку. Я тряхнул головой, концентрируя внимание на Мидори. Она заметила, что я перестал летать в облаках и теперь полностью сосредоточен на ее персоне. Что говорить, женщина она была опытная, во всех смыслах этого слова.
– Я здесь из-за вас, Ёси-сан, – она отвесила поклон подошедшему Михо и снова повернулась ко мне. – Вы пока нестабильны. И первое время я буду находиться везде, где вы станете интенсивно применять свой дар. Для неподготовленных людей это может стать большим потрясением, я же могу противостоять ему, и у меня хватит сил, чтобы удержать вас от глупостей. Ну что же, это не лишено логики, потому что, когда черная дрянь ушла с моего тела, оказалось, что преображение дара в эту порноту никуда не делось. Благо, теперь это происходило не всегда, а только когда я сильно нервничал. Но и это еще не все. Мидори, которая изучала меня с тщательностью лепидоптеролога, обнаружившего новый ранее не изведанный вид бабочек, заявила, хмурясь при этом, что вот эта трансформация моего дара в нечто непотребное – это только начало. Что дар продолжает меняться, и только духи знают, во что это, в конце концов, выльется. Поэтому, иметь хоть какую-то поддержку, хотя бы в первое время, было жизненно важно. Как я буду выкручиваться потом – хер его знает. Но выкручиваться как-то придется, потому что я не собираюсь сидеть здесь вечно, и все еще надеюсь открыть проклятый ошейник и сбежать. – Это на первое время, – после непродолжительной паузы продолжила Мидори. – Мы связались с Изаму Кудзё, да будут благосклонны к нему духи, и сообщили о такой неожиданной проблеме. Он пообещал связаться с представителем клана Оши и прислать специалиста в короткие сроки, ведь только опытный член клана, чьим представителем вы, так или иначе являетесь, может поделиться с нами своими наблюдениями. Или не поделиться, все же свой дар Оши тщательно скрывают от посторонних глаз. – Она посмотрела на Михо, который еле слышно скрипнул зубами. Видимо об этой информации он узнал только сейчас. Час от часу не легче. Только этой проблемы мне не хватало, в виде нарисовавшихся родичей Ёси. Если они так тщательно скрывают все нюансы появления собственного дара, то им проще будет меня тихонько прикопать в лесу, нежели разбираться со мной, показывая меня всем желающим, как экспонат на научном симпозиуме. – Но как представитель Оши попадет на остров? – спросил вместо меня Арэта, окидывая меня взглядом с ног до головы, словно видел впервые в своей жизни. – Это не наша забота, я думаю, Кудзё решат эту проблему, – Михо задумчиво смотрел на Мидори. Что-то происходило в высшем руководстве острова, и знать обычным ученика об этом было явно необязательно. – Надеюсь, у присутствующих здесь якобы мужчин хватит ума сосредоточиться на обучении, а не пытаться привлечь внимание красивейшей женщины, – рыкнул Михо, резко разворачиваясь в нашу сторону. – Быстро подошли ко мне, – и он отошел к дубу, создавая довольно приличную дистанцию между собой и Мидори. |
