— Возьми стул и сядь.
Дождавшись, пока отец Ликар осторожно опустится на самый край резного стула, Игниус продолжил повествование:
— В те годы на слова архивариуса не обратили должного внимания. Были куда более серьезные проблемы — восставшие из мертвых зомби и прочая нечисть, наводнившие земли Империи, теряющий власть Мезеран, последствия катаклизма, уничтожившего помимо Инкертиала еще множество прибрежных городишек и рыбацких деревень. Все это требовало неусыпного внимания Церкви — упокоение мертвяков, успокоение погруженных в страх мирян, утешение потерявших близких и кров людей и управление ими поступками во благо Создателя… Четыре великих «У», в которых выражается сама суть Церкви — упокоение, утешение, успокоение и управление… и мы использовали все эти способы, дабы удержать остатки страны от падения в темную бездну… То были тяжелые годы, но Церковь справилась…. Однако речь сейчас не об этом, брат мой. Старый лорд Ван Ферсис, некромант, жрец Раатхи, убийца, обагривший руки в крови сотен жертв, — но он ничем не отличается от обычного человека. Ни один из видевших его священников не смог узреть в лорде некроманта, не учуял исходящее от него зловоние Морграата. История вновь повторяется, делает новый виток… и сейчас я начинаю понимать, что общего между Тарисом и лордом Ван Ферсис…
— Они оба владели костяными кинжалами, — тихо произнес священник, и отец Игниус удовлетворенно кивнул.
— Да. Оба творили некромантию и оба умерщвляли несчастных жертв Близнецами. Оба спокойно ходили по оживленным городским улицам и беседовали со священниками, не боясь обличения. И оба избегали появляться рядом с церквями. То, что незримо для обычного человека, не останется незамеченным Создателем нашим…
— Близнецы позволяют скрыть практикование некромантии? — в некотором замешательстве произнес отец Ликар. — Я никогда не слышал ни о чем подобном, ваше святейшество.
— Равно как и я, сын мой.
— Но я согласен с вашей догадкой. Поганые некроманты всегда старались избегать городов, предпочитая таиться в лесной глухомани, прятаться в глубоких пещерах и прочих труднодоступных местах. Там, где их не настигнет взор священника. А лорд Ван Ферсис никак не изменил свой жизненный уклад с тех пор, как в его руки попал Младший Близнец. Частенько бывал в столице, навещал дворец, не пропуская ни единого достаточно важного события. Разве что прекратил посещать молебны. Этому может быть только одно объяснение — он знал, что ему не грозит опасность, что он надежно защищен. И защиту он получил от артефакта Тариса.
— Не думаю, что здесь можно использовать слово «защита», отец Ликар, — тяжело качнул головой старик, отставляя недопитую чашу с вином. — Лорд уже лишился артефакта, но зловоние некромантии никак не проявилось. Нет. Кинжал действует иначе. Ни к чему защищать то, что не требует того. И Ван Ферсис это знал.
— Я несколько запутался, отец Игниус, — признался священник. — Ваши мысли настолько глубоки, что ускользают от моего понимания. Мой скудный разум…
— Не юродствуй! — глава ордена раздраженно полыхнул глазами. — Будь твой разум скуден, ты бы здесь не сидел! Любой обученный священник может увидеть исходящую от некроманта вонь Морграата. Но также может отличить обычного селянина от солдата, мясника от зеленщика и палача от чиновника, причем сделает он это с закрытыми глазами! И причина проста — некромантия это убийства, это причинение боли и страданий. Солдат убивает на войне, мясник режет скотину, а палач жестоко истязает людей, дабы выбить из них признание, и опускает топор на их шеи, выполняя приговор суда. Они убивают и тем самым получают часть чужой жизненной энергии, сами того не желая. |