— А, проснулась!

— А что я здесь делаю? Нельзя было в комнату отнести?

— Не знаю. — Льрисса потянулась и отложила книгу на небольшой круглый столик. — Мы решили, что и тут сойдет, здесь за тобой я присматривала, все равно не сплю.

— А почему не спишь?

— Я уже выспалась — вздремнула вечером, пока тебя караулил Дирон. Кстати, он сказал, что когда ты проснешься, постарается немного тебя подлечить. Раньше он был неплохим целителем. Но сейчас пока еще не пробовал. Вероятно, ему будет несколько сложнее, вампиры лучше забирают жизнь, чем возвращают. Но снять тебе головную боль, он, думаю, сможет.

— Все потом, — простонала я, поднимаясь на ноги. — Не хочу никаких подлечиваний. Сначала лучше нормально высплюсь у себя в кровати.

Во Влекриант я выехала днем. На несколько часов раньше Дира и Льриссы. Сейчас для них было слишком солнечно и жарко, хотя, по большому счету, какая разница в повозке-то? Могли бы уж несколько часов потерпеть! Словно маленькие, ей богу! А то мне скучно. Я, наконец, сегодня выспалась, поэтому идея вздремнуть дорогой не прельщала. Дир, как и обещал, избавил меня от головной боли и последствий небольшого сотрясения: шишка на голове уменьшилась. Но держался при этом маг как-то очень уж отстраненно. Я предполагала, что из-за вчерашнего поцелуя. Именно поэтому он и настоял на том, чтобы выехать позже. Ну и как хочет. У меня все равно еще будет возможность с ним поговорить. А до этого нужно попытаться убедить Раниона, чтобы он помог. Мой друг и напарник из синдиката умел держать язык за зубами, если его об этом очень хорошо попросить, и мог оказаться полезным. Конечно, я не собиралась говорить ему всю правду, но попросить собрать некоторые сведения могла. Не вдаваясь в подробности.

В окнах коляски был виден невзрачный сельский пейзаж. Если не думать, а просто разглядывать медленно плывущие золотистые поля с кромкой леса на горизонте, то можно предположить, что здесь не Арм-Дамаш, а Земля. Эту картину я видела уже сотню раз и запомнила наизусть: поваленные деревья на выезде из поместья; чуть дальше огромная пасека кого-то из селян; полуразрушенный домик у дороги — когда-то он был охотничьей хижиной, одной из многих в этих местах.

Если углубиться в лес чуть дальше и свернуть вправо будет еще одна памятная для меня хижина. Прошло долгих семь лет с тех пор, как я там жила почти неделю. Именно в ней я первый раз поцеловала герцога Нарайского. Наверное, этот домик можно назвать точкой отсчета для нашей короткой любви. Я с самого начала понимала, что романтические отношения со Стиком — бред, и это неправильно. Я сбежала от него на Землю и почти вышла замуж, но он нашел меня и вернул обратно на Арм-Дамаш, в сказку. Тогда я поняла, что не могу жить без этого мира и без него. Он спасал меня несчетное количество раз. Только с ним я чувствовала себя защищенной. Он едва не лишился жизни, вытаскивая меня из лап бывшего жениха. Шрамы с той страшной ночи до сих пор остались на его лице и руках, а может быть, и на душе. Я готова была связать с ним свою жизнь навечно, но Стик сделал совсем иной выбор. Тогда он мне казался чудовищным и несправедливым, а сейчас я склонялась к мысли, что Стикур всегда был мудрее меня. Он прав. Потеряв любовь, я получила любимую работу, свободу и будущее. Останься мы вместе, у меня был бы только он. Семь лет назад мне казалось, что этого достаточно, сейчас — не знаю. При наших редких встречах мое сердце все так же замирало, а на глаза наворачивались слезы. Но, наверное, уже не от любви, а от горько-сладкого привкуса воспоминаний. Стик наконец-то стал для меня прекрасным прошлым, а не тоскливым настоящим.

Мысли о своей несложившейся личной жизни изрядно испортили настроение, но зато помогли скоротать дорогу.