На следующий день Уэйд подъехал к дому Фибе примерно к тому времени, когда, по его расчетам, она должна была вернуться с работы. Ждать пришлось, однако, около получаса. Увидев, как она вышла из машины и потащила к крыльцу тяжелую сумку, по-видимому набитую продуктами и ученическими тетрадями для проверки, он испытал двоякое чувство. Сначала ему захотелось броситься к ней на помощь, но уже в следующее мгновение им овладела волна ярости: его дочери уже исполнилось полгода, а он узнал о ее существовании лишь вчера! Как могла Фибе так жестоко поступить с ним — скрыть от него свою беременность! Ведь скажи она ему сразу всю правду, и жизнь могла бы пойти по-другому. Он, разумеется, женился бы на Фибе. Черт, он же хотел жениться на ней с тех самых пор, как они потанцевали на той вечеринке. Но затем погибла Мелани… Она была ужасно пьяна и взволнованна в ту ночь, и печальное происшествие целиком и полностью на его совести. Эта мысль постоянно преследовала Уэйда. Он мог бы весь вечер ходить за ней по пятам, несмотря на ее откровенный флирт с другими парнями, и она тогда бы не напилась, он мог бы броситься за ней вдогонку, и тогда она бы не села в машину… Сплошные «мог бы»…

Уэйд выбрался из взятой напрокат машины и направился к дому Фибе. Болезненный спазм в боку напомнил ему о том, что он не так уж и здоров, как ему хотелось бы. Но все эти последствия ранения — полная ерунда, надо только потерпеть, и время все вылечит, а вот душевная боль беспокоила его гораздо сильнее. С этой точки зрения его будущее было гораздо более туманным и непредсказуемым.

Фибе открыла дверь не сразу.

— Уэйд! Ты?

Было ясно, что она не ожидала его увидеть. Возможно, решила, что он уже уехал в Калифорнию.

Не дождавшись приглашения, он шагнул через порог, заставив Фибе отступить назад. Через секунду-другую в прихожей появилась молодая няня. Увидев Уэйда, она с интересом оглядела его с головы до ног.

— Пока, Энджи! — Фибе открыла дверь, выпуская девушку, и помахала ей на прощание рукой. — До понедельника. Удачных выходных! — Едва няня вышла, как Фибе захлопнула за ней дверь и резко повернулась к своему гостю. — Привет! Слушаю тебя.

— Привет! Я обдумал ситуацию и пришел к выводу, что у нас есть всего лишь два варианта: либо мы оба возвращаемся в Калифорнию, либо остаемся здесь.

Голубые глаза Фибе чуть не вылезли из орбит от удивления.

— «Мы»?! Ты можешь делать все, что хочешь, но…

— Если так, то я хотел бы забрать мою дочь в Калифорнию и показать ее отцу, — произнес он решительно.

— Ты не можешь просто так уехать с моим ребенком, — взволнованно воскликнула Фибе. — А почему ты сказал только про своего отца? А где твоя мама? Она что, куда-то уехала?

— Моя мама умерла семь месяцев назад.

— О, боже мой! — Фибе выглядела ошеломленной. На глазах ее выступили слезы. — О, Уэйд, мне очень жаль. Что произошло?

— У нее был инсульт, — проговорил Уэйд сухо. — Десять месяцев назад. Через три месяца после первого случился второй.

Но знай она, что у нее родилась внучка, все могло бы сложиться иначе, невольно подумалось ему. И по испуганным глазам Фибе он догадался, что точно такая же мысль промелькнула и у нее в голове.

— Я хочу, чтобы папа познакомился с Бриджит, — снова упрямо сказал Уэйд.

— Но… Я не могу просто так уйти с работы и поехать в Калифорнию.

— А я тебя об этом не просил. — Он равнодушно пожал плечами.

Лицо Фибе еще больше побледнело.

— Ты… ты собираешься бороться со мной за права на ребенка?

Их взгляды встретились.