— Хозяин! Источник муравья стал резко нагреваться! — предупредил Жейдер.

— Вижу, — процедил я, направляя охлаждающее заклинание.

Из голема, лежащего на столе, повалил пар. Сработала вытяжная система, но она не справляется. Все связывающие щупы и нити оборвались, в том числе освободилась и Гарцева. А вот полетевшие в мою сторону искры от приподнимающего на столе голема, сильно не понравились. Мой питомец выставил щит льда, не только блокируя удары, но и в том числе решив охладить резко поднявшуюся температуру в помещении.

— Надо уходить, — хрипло произнесла декан и сделала движение в сторону двери.

— Жейдер, сможешь заключить нашего врага в ледяной кокон? — мысленно спросил у хорька.

— Нет, — коротко ответил тот, но потом пояснил: — Очень большая температура, кроме пара и воды ничего не выйдет, у меня нет столько энергии.

— Станислав, надо уходить, — сумела подняться на ноги Гарцева и сделала пару шагов к выходу.

— А с этим что? — кивнул я в сторону стола, с которого спрыгнул муравей.

Картина словно из фантастического фильма ужасов. На трех лапах вражеского голема появились шары огня, из ярко-красного превращаясь в белые. Муравей произвел странный рык и из его пасти вылетел столб огня, ударив в выставленный щит хорька. Вновь шипение и пар, удары об ледяную преграду шарами огня. Лед начинает источаться, но потом нарастает вновь. Мой питомец выпускает струю холода, температура понижается и становится невыносимо холодно. Нас тут поджарят или заморозят, а может и сварят в кипятке и паре!

— Уходим! — я подхватил за локоть Елизавету Матвеевну, так и не дождавшись от нее ответа.

Вывалились за дверь, Жейдер покинул помещение последним, если не считать оставшегося там врага. Декан приложила к боковой стене ладонь и нахмурилась. Я чуть ли не физически ощутил, как от Гарцевой прошел какой-то резкий магический посыл, она облегченно выдохнула:

— Все, опасный объект ликвидирован. Не спрашивайте как, такая информация не подлежит разглашению!

— У каждого свои тайны, — хмыкнул я и протянул ладонь: — Пойдемте, нам тут, как понимаю, делать больше нечего.

— Да, это точно, зато отчетов и объяснительных писать предстоит много, — устало улыбнулась Гарцева. — Немного восстановлю свой резерв и переместимся в кабинет, следует оформить кое-какие бумаги.

Мою ладонь декан проигнорировала, по коридору направилась медленным шагом, пришлось приноравливаться к ее семенящим шажкам. Надеюсь, долго она меня не задержит. Как ни крути, а вымотались жутко, хочется все обдумать и осмыслить в спокойной обстановке. Почему не сработал мой алгоритм? Точнее, я видел, что программа действовала и все шло как задумал, но итог оказался неутешительным.

— Жейдер, а ты чего ждешь? — оглянулся я на своего питомца, оставшегося стоять напротив двери.

— Хозяин, уточни у госпожи декана, а не использовался ли огонь при подавлении угрозы, — мысленно ответил тот.

Его слова переадресовал Гарцевой, та резко развернулась и выставила перед собой ладонь по направлению к железной двери, которая отрезала нас от помещения с врагом. Пока Елизавета Матвеевна что-то уточняла с помощью диагностики я пообщался со своим питомцем. Тому сильно не понравилось, что температура на дверной ручке начинает расти и уже увеличилась на несколько десятых.

— Вот дьявол! — ругнулась наша спутница.

— Что-то случилось? — поинтересовался я, наблюдая как вокруг замка начинает пузыриться краска.

— Он вобрал в себя энергию удара, — задумчиво ответила Гарцева.